— Вы, Владимир Николаевич, прямо как купчишка мелкий на рынке зазываете товар свой купить. Но я, считайте, уже его покупаю. Вам осталось лишь цену назвать, а поскольку сами вы цену определить не можете, то придется вам некоторое время побыть директором нового института нефтепереработки. Вы ко мне завтра с утра зайдите, я к тому времени попрошу и штатное расписание подготовить, и людей некоторых подобрать. Вы со Станиславом Густавовичем из Госплана знакомы? Нет? Так идите сейчас же и познакомьтесь, а ему за пять минут мы тут поручение подготовим, он вам и все сметы просчитает, и помещения для института подберет. Только прежде чем к нему идти, вы все же сперва отобедайте: Станислав Густавович человек занудливый и дотошный, он из вас сначала душу вытрясет вопросами, по первому виду дурацкими. Но постарайтесь с ним об этом не ругаться: вопросы он сугубо по делу задавать будет, исключительно чтобы ответы наилучшие подготовить. Потерпите немного, а к весне у нас точно установка ваша заработает, а может и раньше. А я тогда с автомобилистами поговорю, во что им станет мотор под новые бензины доработать. И не только с ними: кажется мне, что более всего авиаторы наши изобретению вашему рады будут. И вот еще что: послезавтра, конечно, воскресенье, но я вас здесь в полдень ждать буду по важному делу. По очень важному…
Глава 23
Важное дело заключалось в том, что в ЦИК было закончено положение «О государственных наградах Союза ССР». Которое, в частности, отменяло все республиканские ордена и вводило общесоюзные, и высшей наградой за трудовые подвиги становился уже общесоюзный орден Трудового Красного знамени. А Владимир Николаевич награждался этим орденом за номером один.
Орденом за номером два награждался инженер Графтио, орденом за номером три — инженер Винтер. Откровенно говоря, Николай Павлович так и не смог понять, как Александр Васильевич смог запустить станцию с двумя генераторами за год. То есть как он ее выстроил, было понятно: когда есть много денег и прочих ресурсов вроде усиленных пайков рабочим на стройке, то стройки очень быстро идут. А вот как товарищ Винтер уговорил немцев досрочно поставить турбогенераторы, было совершенно непонятно. Но это было и не особо важно, а вот после церемонии награждения у Николая Павловича с Александром Васильевичем состоялся долгий и очень, что ли, напряженный разговор. С Генрихом Осиповичем разговор тоже состоялся, но очень «спокойный и плодотворный», о скорейшей постройке ГЭС на Свири. А вот с Александром Васильевичем разговор о строительстве второй очереди ТЭС в Шатуре спокойным не получился. Настолько не получился, что Николай Павлович в конце концов предложил: