Путешествие в классном вагоне имеет одно преимущество: в нем можно нормально выспаться. И утром проснуться бодрым и полным сил — так что в кабинет товарища Бурята Яков Александрович вошел в абсолютно работоспособном состоянии. Впрочем, он в таком состоянии мог быть и после пары суток боев где-нибудь в заснеженной степи, однако сейчас-то времена давно уже мирные…

Ну, практически мирные. В кабинете, кроме товарища Бурята (и Яков Александрович сразу понял, кто из сидящих в кабинете людей носит это прозвище и почему) сидели еще два человека.

— Доброе утро, Яков Александрович, — первым поприветствовал его хозяин кабинета. — Позвольте представить: Малинин Николай Андреевич, министр внутренних наших дел. Лебедев Павел Павлович, начальник штаба РККА.

— Очень приятно…

— Взаимно, — почему-то усмехнулся Малинин.

— А что вызвало вашу усмешку? — едва не вскипел Слащев.

— Потому что вы даже не узнали, с какой целью мы попросили вас приехать — а уже говорите о приятствии.

— Извините, Яков Александрович, — сразу же подавил обмен колкостями Николай Павлович, — господин товарищ Малинин сейчас вкратце изложит цель вашего приглашения, и мы — если вам наши предложения понравятся — обсудим кое-какие детали. Я бы даже предложил сначала выслушать нашего министра, потом возможно вам потребуется какое-то время на обдумывание… мы готовы и подождать, если вы сочтете это необходимым.

— Так я слушаю, — сразу успокоился Слащев, сообразив, что министр посмеялся не над ним, а, скорее, над не очень уместной в данном случае формой вежливости. Ну да, в военное время вежливость выглядит несколько иначе.

Спустя полчаса Николай Павлович снова поинтересовался:

— Вам требуется время на обдумывание? Сами понимаете, ультиматум — это такое предложение, в котором всенепременно должна присутствовать часть «а если вы не примите его, то…», и мы это «то» должны гарантировать.

— Нет, время на обдумывание мне не нужно, я согласен. Конечно, по первой части «того» я ничего умного предложить не смогу, но вы, как я вижу, ее-то как раз продумали до мелочей. А насчет второй — давайте обсуждать детали. У меня будет два вопроса: количество войск и количество пушек.

— Вы упустили по крайней мере четыре других важных вопроса, — впервые с начала разговора подал голос генерал Лебедев, — но мы для того, чтобы обсудить их и, возможно, много других, которые возникнут при серьезной работе, и собрались. Итак, пункт первый: сбор всех сил предлагается провести в Николаеве…

Люди — если их правильно мотивировать (и хорошо кормить, заметил бы Николай Павлович) — творят буквально чудеса. Вернувшийся аж из Франции под влиянием агитации генерала Слащева бывший белый офицер-артиллерист Сергей Павлович Остров то ли из-за ностальгии, то ли просто по дороге «куда-нибудь» приехал в практически родной Порхов, где ему предложили работу на только что созданной машинно-тракторной станции. Почему какая-то Забайкальская республика построила эту станцию на Псковщине, он не спрашивал, а предлагаемая зарплата была вполне достойной, да и работа практически знакомой: во Франции он некоторое время работал в мастерской по ремонту автомобилей и мотоциклов. К тому же и мотоцикл у него имелся: удалось привезти купленный в Марселе немецкий «Вандерер», который сильно помогал ему в сезон быстро добираться в поля для мелкого ремонта тракторов. Почти полгода помогал, а затем мотор у мотоцикла сломался. Кардинально так сломался: при попытке снять для прочистки один из цилиндров неудачный удар по заклинившему болту этот цилиндр расколол.