Однако артели занялись не только производством ТНП, как ожидал Николай Павлович. Некоторые стали изготавливать различные полуфабрикаты для других артелей, а некоторые — производством товаров вполне промышленных, но которых промышленности явно не хватало. Две не самых маленьких артели принялись за производство свинцовых аккумуляторов, сразу несколько принялись масляные фильтры для моторов делать — причем даже фильтровальную бумагу им тоже отдельная артель изготавливала. Понятно, что у всех этих артелей очень быстро возник дефицит сырья — и по городам быстро возникли «пункты приема вторсырья», где принимали макулатуру, тряпье, стекло (даже битые бутылки), любой металлолом… почти любой, таких артельщиков строго предупреждали, что за прием ворованного (и промышленного) вторсырья карать будут беспощадно.

— Ну и зачем ты все это устроил? — поинтересовался Струмилин у Николая Павловича ближе к концу лета. — Ведь получилось совсем не то, о чем я тебя просил: да, товаров народного потребления стало гораздо больше, но ведь наличные деньги теперь крутятся между гражданами, казне особо ничего не принося.

— А вот тут ты не прав. Во-первых, артели и индивидуалы платят столь ненавидимые тобой налоги. Во-вторых, они сразу поглотили почти миллион безработных, которых государство на работу пристроить не могло. В третьих, там люди работать учатся, ведь пока что большинство артельщиков просто из деревни пришли и ничего делать толком не умеют. А когда научаться — тут и госпредприятия появятся подходящие. Но главное — очень скоро большинству этих артелей станет тесновато, они захотят развиваться и расширяться…

— И что?

— А ты закон-то читал? Численность членов промартели, выпускающих ТНП, ограничивается полусотней человек. Численность артелей, выпускающих продукцию промышленного назначения — вдвое меньше.

— Тоже мне — проблема! Они просто вместо одной артели две создадут, три…

— Не создадут. По двум причинам: первая в том, что какие артели можно создавать, определяет специальный комитет в зависимости от местных потребностей. Во-вторых, Госснаб просто не будет выделять больше сырья и материалов, да и со станочным парком…

— То есть если они захотят расширяться, то придется им под крылышко государства уходить? И им-то какая выгода?

— Сейчас в большинстве артелей зарплаты даже меньше, чем на госпредприятиях: у них производительность труда ниже из-за устаревшего станочного парка. Так что переход в госсобственность такой фабрики будет для них выгодным — просто пока мы этого им предложить не можем. А как насытим современными станками нынешнюю промышленность, как раз и к артелям можно будет подступиться. Жаль, что это будет не очень скоро, но ты должен к этому стремиться.