В Москве товарищ Троцкий конечно же рвал и метал, предлагал даже войскам Сибирской армии штурмом взять Верхнеудинск и «сурово покарать преступников», однако в его окружении желающих возглавить такую военную операцию не нашлось. И, после бурных обсуждений, окончательно улаживать проблему в Верхнеудинск было решено послать специального наркома. Но так как «восточные вопросы» в принципе большевиков интересовали не очень, случилось это далеко не сразу, и за прошедшее время в Забайкальской республике произошло очень много разного интересного.
Самым интересным было, конечно, строительство жилья во всех городах республики и на всех станциях и полустанках железной дороги: все же в нее приехало (и было доставлено) очень много людей, которым требовалось хоть какое-то жилье. Причем больше половины из двухсот с лишним тысяч «новых граждан республики» в прошлой жизни были горожанами и о жизни пейзан явно не мечтали. Не мечтали они и о жизни в бараках — но увеличение населения сразу в на треть не давало даже намеков на то, что можно будет легко обзавестись если не квартирой, то хотя бы приличной комнатой. А с учетом того, что изначально девяносто процентов жителей губернии были крестьянами (если и бурятов тоже в эту категорию записывать), то приезжим горожанам даже на койку рассчитывать не приходилось. Под временное жилье были заняты все мало-мальски подходящие здания: школы, конторы, даже трактиры и рестораны — но все равно этого было слишком мало.
Но тут сыграл «профессиональный состав» переселенцев, ведь одних только солдат и офицеров в Забайкалье попало чуть больше ста тысяч. А солдаты, хоть и плохо, но офицерам все же подчинялись. А офицеры, в свою очередь, в большинстве своем подчинялись власти, которая их по сути дела спасла от «красного террора». А так как все они (почти все, раненых пока можно было просто не считать) были крепкими мужчинами…
Леса вокруг дороги было много, так что нарубить бревен удалось достаточно быстро. И чтобы перетащить эти бревна в города и поселки тоже много времени не потребовалось. Со времени строительства железной дороги осталось довольно много лесопилок, так что очень быстро начали строиться дома — деревянные двухэтажные, на дюжину вполне приличных квартир. С дверями и даже окнами — вот только для этих окон стекол не было. Совсем…
Николай Павлович с грустью смотрел на цифры, описывающие остатки денег на счетах в американских банках. А на другие цифры радостно смотрели заокеанские капиталисты, получающие русские денежки за копеечный, в общем-то, товар. Семьсот тысяч полновесных американских долларов за оконное стекло, которое обошлось им в производстве в сумму, почти втрое меньшую — но когда спрос велик, цену-то можно ломить любую!