— Я помню. Вы жили, как чистая дева в некоем тайном приюте, не тронутая грешным миром. — Он улыбнулся. Когда он так улыбался, все мои колючки смягчались. — А вот невесту на этой свадьбе грешный мир и затронул, и потискал. Мастер Рэндольф слыхал эту скандальную сплетню и называет ее веселой историей, которую стоит пересказать.
— Я не желаю ее слушать, — сказала я. — Во всяком случае, в день ее свадьбы.
— У вас доброе сердце, ma mie[52] .
— Не называйте меня так — я не ваша дорогая.
Он снова улыбнулся, но ничего более не сказал. Мастер Уиллок наконец завершил свою проповедь, жених и невеста обменялись кольцами и были провозглашены мужем и женой. Я подумала об Александре и тут же постаралась отбросить непрошеную мысль.
Королева встала. Ее дамы сгрудились вокруг нее с корзинками, полными засушенных цветов, сухих лепестков роз и высушенных незабудок, и все они принялись, смеясь, бросать их в новобрачных. Озаренные пламенем свечей, прекрасные распущенные белокурые волосы Джин Босуэл с вплетенными в них изумрудами и янтарем сверкали зелеными и золотыми искрами. Весело заиграли волынщики, и толпа хлынула к дверям, по всей вероятности, для того чтобы облегчиться. Вошедшие в зал слуги принялись расставлять установленные на козлах столы для свадебного пира.
— Как вы думаете, они будут счастливы? — спросил Никола де Клерак, на этот раз совершенно серьезно. — Они плохо знают друг друга — их брак заключен лишь для того, чтобы привязать Босуэла к интересам королевы, его сестру к ее брату.
— Или же для того, чтобы привязать королеву к Босуэлу.
— Согласен, это дело другое. Он бы женился на ней сам, если бы мог. Она могла бы сделать и худший выбор, если пожелает остаться в Шотландии.
Я задумчиво поглядела на королеву. Она вся сияла в своей серебряной парче, отражающей свет тысячи свечей и пламя в камине; под звуки волынок спонтанно начались танцы, и она пошла танцевать с Босуэлом, а ее брат — с сестрой Босуэла. Одетый в темно-красный бархат граф был на полголовы ниже королевы; она была так изящна, стройна и воздушна, а он так широк в плечах и закован в такую толстую броню из мышц, что они, казалось, принадлежат к двум совершенно разным мирам. Хрупкий, с длинным стеблем пион и волосистый окопник, с черным корнем, с цветками, похожими на ухватистые пальцы — я не видела ничего, что могло бы их соединить.
— К счастью, она не хочет оставаться в Шотландии, — сказала я. — Полагаю, не пройдет и года, как она станет женой наследника испанского престола.
— Возможно, — сказал Никола де Клерак. — Я знаю, она на это надеется, но она уже была замужем за одним хворым королем-мальчиком, а о доне Карлосе толкуют, что он не только слаб здоровьем, но и безумен. Не очень-то привлекательный жених.