Разбойник помолчал. Его грива спокойно лежала на могучих покатых плечах, значит, не сердился. Оба пристально, не моргая рассматривали друг друга, да синхронно пробовали воздух языками.
— По закону Горы теперь ты — моя законная добыча, — сказал он затем. — Я взял тебя в бою и могу делать с-с тобой что угодно, но я с-сегодня добр и желаю тебя накормить. Ешь.
В Горе проигравший облагался штрафом любого толка по желанью победителя: платил золотом, собственной работой либо исполнением обидной шутки смеха ради: соскоблить чешую с затылка, обрезать наголо отростки. Но в основном, конечно, золотом — очень дра металл ценили. Как, впрочем, и хозяин шатра. Каждое его плавное движение, каждая яркая чешуйка напоминала сородичей, даже грива пестрила знакомой расцветкой. Рахель не выдержала и потупилась. Она не просто подвела свою семью когда-то, ещё и забыла о ней. Горын — значит из Горы. Гор? Игорр… Не может быть такого совпадения, наверняка он родом из чужого поселения, могли остаться и другие подземные общины дра, в которых нарекали старыми именами…
— Мужчины с-сражаются с мужчинами, а женщины с женщинами, — возразила она и ощупала языком выбитые зубы. — Я тоже могу победить детёныша. Ты размером с-с металлурга.
— Пс-с! — он поморщился, и Ра улыбнулась: его свежие раны тоже болели, особенно рваные на щеке и шее, с запекшейся кровью и вспоротой чешуей — сама кусала.
— Я больше не живу по законам дра, — добавила она.
Рахель узнала его в тот же миг, когда увидела на ринге, невзирая на капюшон касателя, и сразу поняла, что бой проигран. «Живым или мёртвым» Горына не взять, по крайней мере ей. В Горе бои проводились по гендеру из-за разницы в размере мужчин и женщин. Рахель помнила, как увечили друг друга парни — немало рингов повидала. Жилось там скучно: ешь да молись Праматери, либо бейся, вот и дрался каждый сызмальства. Горын мотнул головой рабыням, и те поспешно покинули шатёр, они остались вдвоём, победитель и побеждённая, снова друг напротив друга, а между ними блюдо с кровавой плотью.
— Как тебя зовут?
— Нагиня Огнегрива с шах…
— Нет. Настоящее имя.
— Рахель.
— Хорошо, Рахель, — он схватил с блюда кусок хумятины и проглотил не жуя. — С-скотский лекарь первым с-сказал, что мир пришел в с-себя… Как там с-старый Абрра, вс-сё ворчит?
Она снова вздрогнула. В бескрайней Степи ей встретился соплеменник!
— Я покинула Гору давно, — сказала она. — Может умер уже.
— Ерунда. Дети Змеи-Праматери живут долго, гораздо дольше с-скота.
Рахель зажмурилась от неловкости и стыда.
— Почему ты ос-ставила Гору? — спросил он, достал из-под подушки золотую флягу, открутил, отхлебнул, протянул ей.