Глава 1
Глава 1. Кредит, маршрутка и тело варвара
ЛЕСЯ
Мысль, отбивающая все другие, была до идиотизма простой и насущной: «Кто теперь будет
платить кредит за ноутбук?»
Не «где я», не «что это за сводчатый потолок, расписанный фресками со звёздами», и
даже не «кто этот дед в бархатном халате, у которого борода цвета морковки, изумруда
и лаванды, а из-под седых волос торчат… длинные, острые уши?».
Нет. Только кредит. «Альфа-Банк». 4 567 рублей всего оставалось. Последний взнос —
через две недели. Мама будет паниковать, если не придет уведомление о погашении.
Потом я попыталась пошевелиться. Тело не слушалось, словно ватное и чужое. С огромным
усилием я повернула голову на подушке, пахнущей травами и чем-то горьким. Взгляд
упал вниз.
И мир окончательно рассыпался, как тот самый хлипкий ноутбук за тридцать тысяч, если
бы его уронили с пятого этажа.
Я увидела не свои знакомые, слегка пухлые от постоянного сидения за учебниками,
пальцы. Я увидела ладони. Широкие, с выступающими костяшками, с длинными пальцами и
чёткими сухожилиями под смуглой кожей. На тыльной стороне правой руки — серебристый
шрам, похожий на след от когтей. Я сжала их в кулак. Суставы хрустнули, податливо и
мощно.
Паника, до этого дремавшая где-то глубоко в оцепенении, рванула вверх, ледяным
адреналиновым шквалом. Сердце заколотилось с такой силой, что я услышала его стук в
висках. Чужое сердце, бьющееся в чужой груди.
Медленно, с ужасом заклинателя, призывающего демона, я повела рукой вниз, по телу.
Плоская, твёрдая грудная клетка. Резкие мышцы пресса под тонкой ткань рубашки (шелк?
лён?). Дальше… Ой, мамочка родная. Нет. Только не это…
Я умерла. Это единственное логичное объяснение. Маршрутка №217, резкий тормоз, удар,
темнота — и вот я в Аду. И мое наказание — вечность в теле какого-то мускулистого
варвара. Или это кома. Жёсткие, гиперреалистичные глюки умирающего мозга, который за
какие-то грехи нарисовал мне такую дичь. Кроет меня, конечно, знатно напоследок.
Нужно проснуться. СРОЧНО. Пожалуйста…
Со всей силы, какая была в этой новой, могучей руке, я шлёпнула себя по щеке.
Звук получился сочным, громким. Боль вспыхнула ярко и ясно, разливаясь жаром по
скуле. Слишком реально. Слишком… осязаемо.
— Ваше Высочество! Остановитесь, ради всех светил! — взвизгнул старик с разноцветной
бородой, подпрыгнув на месте. Его уши задрожали.
«Высочество». От этого слова, произнесённого визгливым тенорком, стало ещё хуже.
Приехали, конечная.
— Где я? — выдохнула я. И содрогнулась. Мой голос. Мой новый голос. Он был низким,
бархатисто-хрипловатым, с лёгкой хрипотцой, будто его обладатель недавно кричал или