Глава 37.2
Глава 37. Ледяное Сердце Мира и Наследник Безжалостности, часть 2.
КАЙЛ
Я видел, как брат принимает удар на себя. Видел, как Леся замирает в паническом
ужасе. Всю свою жизнь я завидовал его силе, его прямолинейности, его чести. А сейчас
я видел только мальчишку, который когда-то взял на себя вину за сломанную мною
статуэтку отца. И я понял: моё время выбора пришло. Не между кланами. Между тем,
чтобы выжить, и тем, чтобы быть человеком. Братом. Пусть и от разных матерей.
Лира, отбивавшаяся от последних магов, крикнула мне:
— Кайл! Фокусирующий жезл! На самом верхнем ярусе! Он управляет кристаллом!
Я рванул по ледяному мосту, не обращая внимания на пульсирующую боль в рёбрах. На
верхнем ярусе, у самого основания гигантского кристалла, стоял тот самый жезл —
сложный артефакт из металла и льда, испещрённый древними рунами. Вокруг него
лихорадочно суетились три верховных мага, пытаясь стабилизировать бурлящую энергию.
У меня не было изящного плана. Была только злость, отчаяние и кулаки. Я врезался в
них, как таран, вырывая жезл из рук ближайшего мага. Энергия ударила в меня, обжигая
изнутри ледяным огнём. Я зарычал, но не отпустил. Вместо этого развернулся и, собрав
все силы, швырнул жезл не в Хеймдара, а в самую гущу сияющего кокона, где были Леон
и Лесения.
— ДЕРЖИТЕ! — проревел я. — ПОДАВИТЕ ЭТУ АДСКУЮ МАШИНУ!
Леон поймал жезл на лету. Его глаза встретились с моими. В них не было осуждения.
Было полное понимание. И благодарность.
Он и Лесения сомкнули руки на жезле. Их объединённый свет — чистая гармония судьбы —
хлынул в артефакт. И жезл… перепрограммировался. Из инструмента контроля он стал
инструментом подавления. Золотисто-зелёный луч ударил прямо в основание
Пра-Кристалла.
Хеймдар, только начавший черпать из кристалла силу для своего «стирания», вздрогнул,
как от удара током. Его связь с ядром была перерезана.
В этот момент я увидел его. Наш капитал, верный Карр, который должен был вести
отвлекающую атаку снаружи. Он стоял в проломе стены, который, должно быть, пробила
его группа. Его лицо было залито кровью, в руке — зазубренный топор. Он увидел
Дэмиана, искалеченного на полу, и меня, стоящего над поверженными магами.
И в его глазах, всегда таких спокойных и верных, вспыхнула та самая мощь, которую он
так тщательно скрывал годами службы. Ярость друга, видящего гибель друга.
— ЗА ВАС! — заорал он своим хриплым, привычным командным голосом и рванул вперёд, не
на Хеймдара, а к нам, прикрывая своим телом.
И этот последний, ничем не расчётный акт верности, стал последней каплей…
---