Поэтому она, дождавшись, когда муж закончит несомненно важный разговор с Нараном и раздаст указания — а Баяр решил остаться у ручья еще на пару дней, чтобы мясо достаточно просушилось — подошла к нему и попросила прогуляться с ней в степь. Ну хотя бы, чтобы лошадей проверить.
Он кивнул молча, все замечая: и бледность ее, и поджатые губы, и испуганный взгляд. Что снова натворила эта девочка? Он даже предположить не мог, но заранее готовился к неприятностям. Вряд ли она уводит его от чужих ушей, чтобы признаться в любви.
— Баяр, — тихо сказала Женька, уже измучившаяся от своих мыслей, — мне нужно с тобой поговорить. О важном.
— Говори.
— Понимаешь, я… не хочу детей. Не готова.
Она посмотрела ему в глаза, смело, прямо, даже не подозревая, какой удар наносит.
— Моих детей? Или просто — не хочешь?
Очень трудно было сдержать полыхнувшую злость. Не сорваться, не оттолкнуть от себя эту женщину. Самое тяжелое оскорбление для кохтэ — когда женщина говорит мужчине, что ей не нужны его дети. Вот тебе и мечты о будущем с ней.
— Ты дурак? — Дженна округлила глаза и подняла брови. — Если дети — то только с тобой! Мне другого и в голову бы не пришло!
Выдохнул. Тяжесть в груди начала растворяться.
— Просто… я ведь без семьи росла. Не знала родителей. Ну какая из меня мать? Я любить не умею — вообще, совершенно!
Что-то в глазах ее было еще. Слова, что она говорила, звучали логично и правильно, но она лгала. Себе, ему, он чутко чувствовал эту трусливую, детскую ложь.
— Это все?
Вот. Теперь он увидел и понял. Страх, ползучий, как змей, заставляющий задыхаться. В ней говорил этот страх.
Осторожно взял ее пальцами за подбородок. заставляя смотреть себе в глаза.
— Чего ты испугалась?
— Я? Я ничего не испугалась, — прищурилась зло, упрямо выставив подбородок. — Я вообще ничего не боюсь. Просто… не хочу. Детей. Совсем. Никогда.
Снова гнев полыхнул в его разуме. Никогда. Что она вообще знает об этом? «Никогда» может быть только у мертвых. Остановил себя. В ее глазах разливался уже не страх — просто ужас. Кто так изломал тебя, маленькая смелая женщина, кто так искалечил? Словно загнанная в угол зверушка готова была пустить в ход последние зубки. Нет, малышка, он не глупый волк и косточки твои ему совершенно без надобности.
Дженай была похожа на натянутый лук, дрожала, явно ожидая удара.
А он вдруг наклонился и нежно поцеловал ее губы.
— Боишься. Я не знаю, что за демоны сидят в твоем сердце, Дженай. Расскажи мне.
Она вдруг вырвалась из его рук, отскочила на шаг, сердито вытирая глаза, и закричала:
— Ты дурак, Баяр, совсем дурак! Ну зачем я тебе такая? Не выйдет из меня жены, отпусти лучше прямо сейчас, пока поздно не стало! Найди себе нормальную, которая все будет делать правильно, как положено!