— Его бы привязать к спине кого-то из воинов, — хрипло сказала, протягивая нож владельцу. — Не ко мне, я не выдержу.
— Гирей, ты поедешь с Бурсулом, — мгновенно скомандовал Айрат. — Я возьму к себе Тургэна, ты, Ерден — Бата. Двоих мертвых — на коня Баяра. Третьего к Есугаю. Дженай поедет один.
— А этих обыскивать не будем? — с любопытством спросила Женька. — Нет, мне без разницы, но хоть ножи заберем и стрелы.
Мужчины вдруг рассмеялись — все, даже двое раненых. Закивали, тут же стащили убитых врагов в кучу. Кто-то, кажется, был не совсем мертв, но пара взмахов ножей решили этот вопрос радикально. Собрали стрелы, сняли пояса, серьги, забрали пару кинжалов. Закапывать тела, разумеется, не стали. Много чести.
Пора было ехать домой, в стан. И сообщать хану о том, что его третий сын в плену у иштырцев. Это было страшно. Что скажет хан? Прикажет ли войску отправиться на выручку Баяру? Или на все махнет рукой?
Глава 12 Спасательная операция
Ехали так быстро, как могли. Раненный в грудь Бурсул был все еще жив. Конечно, Женька отчаянно боялась, что он не доедет, все время оглядывалась, норовя подъехать поближе и заглянуть ему в лицо. Бурсул был так бледен, что приходилось приглядываться, дышит ли он, жив ли еще, что верхом сделать совсем не просто. В конце концов Айрат рявкнул на нее и велел не путаться под ногами. Все равно сейчас никто уже ничего сделать не сможет.
Лошади, нагруженные вдвойне, хрипели и спотыкались, и Женьку отправили вперед за подмогой, понимая — так быстрее. Пересадили на коня Баяра — он был самым быстрым и отлично знал дорогу к стану.
Она мчалась что было сил, не смея остановиться, чтобы «сбегать в кустики». А в голове билась тревога, отнюдь не за раненых. Еще, наверное, оставалось время, чтобы спасти Баяра. Теперь время стало ресурсом, оно, как вода, утекало сквозь пальцы.
Ее увидели издалека, бросились навстречу — недаром сотня Баяра (уже неполная) стояла на краю стана. Стащили с коня, ощупывая, тормоша, разминая онемевшие ноги.
— На нас напали иштырцы, трое убитых, Баяр в плену, — выдохнула Женька пересохшими губами. — Дайте мне пить.
Обхватили за плечи, напоили. Наран, правая рука сотника, дотащил ее до отхожего места.
Женька вылила на себя ведро воды, с тоской взглянула на садящееся солнце и прохрипела:
— Нашим нужна помощь. Бурсул сильно ранен, почти умирает. Кони дохнут на ходу. Надо ехать.
— Всей сотней без дозволения хана нельзя, — озабоченно сказал весельчак и болтун Наран.
— Четыре лошади… Пять. И пару человек в помощь.
— А Баяр?
Женька остро взглянула на парня: