— Спецобслуживание? Приятно. Можете подавать, я готова, — бормочу и в очередной раз в удивлении распахиваю рот, потому что на столе тотчас появляются блюда. Сами.

Материализуются тарелки с фруктами, похожими на персики, но сиреневого цвета, тёплый и ароматный хлеб, какое-то рагу в золотистом соусе и графин с напитком, напоминающим розовое шампанское.

Скатерть-самобранка эльфийского разлива? Прикольно.

— Магия, — поясняет Кайрэн, видимо, почувствовав мои эмоции. — Здесь почти всё основано на магии.

— А, ну тогда ясно, — киваю.

Беру вилку, пробую рагу.

Оно тает во рту, и я едва не стону от удовольствия. Это, наверное, самая вкусная еда в моей жизни. Или мне так кажется, потому что меня похитили в другой мир, и мой организм пытается найти здесь хоть что-то хорошее?

— Расскажите мне о вашем мире, — прошу, прожевав. — Если уж я здесь застряла, хочу знать, во что вляпалась.

Эллариэн отрывается от своей тарелки, откидывается на спинку стула. Он явно любит почесать языком.

— Наш мир называется Империя Семи Крон, — начинает, горделиво вскинув голову. — Здесь на семи землях живут семь великих родов. Мы представляем род Золотой Лозы. Один из древнейших. Управляем центральной Кроной. Наш символ — виноградная лоза, плодоносящая золотом. Отсюда и название.

— Золотая лоза, дающая золотой виноград? — уточняю.

— Именно.

— И что вы делаете с золотым виноградом? Едите?

— Используем как один из магических ингредиентов. И ещё делаем вино. Наше золотое вино известно во всей Империи.

— Это оно? — поднимаю бокал, с сомнением смотрю на розовый напиток.

— Нет. Это розовое шампанское. Золотое подают только по особым случаям.

— Например, когда похищают новую женщину?

Эллариэн поджимает губы, а Кайрэн фыркает в свой бокал, тут же сделав вид, что подавился.

— Мы не похищаем, — в стопятисотый раз повторяет Эллариэн, кинув предупреждающий взгляд на друга. — Мы призываем. И когда вы согласитесь на союз, мы непременно откроем бутылку золотого вина.

Ну да, ну да, на союз с тобой. Не тупая, всё поняла. Перетопчешься.

— Тогда оно покроется пылью, — снова принимаюсь за рагу, — потому что я не соглашусь.

Эллариэн молча смотрит на меня. Потом переводит взгляд на Кайрэна.

— Имеет право, — едва слышно бормочет тот.

— Разумеется, имеет, — холодно цедит блондинистый эльф. — Права женщин в Империи неоспоримы. Но только никто в итоге не отказывался.

Хочу хохотнуть и всё-таки высказаться насчёт добровольно-принудительного согласия, но тут чувствую это снова — тепло на запястье.

Только теперь оно поднимается выше, ласковой змейкой огибая локоть и достигая плеча.