Змейка посылает мне волну облегчения. Кажется, она тоже рада, что мой бывший «не жених» и будущий «не муж» ушёл.
Жду ещё несколько минут. Просто на всякий случай.
А потом подхожу к кровати, опускаюсь на колени и вытаскиваю из-под неё бутылку вина, которую, сама не знаю зачем, прихватила из дома в день похищения, таскала через весь дворец, а потом спрятала под кроватью.
Кто бы знал, что она пригодится мне вот так?..
Ставлю бутылку на столик, смотрю на тёмное стекло, читаю этикетку.
Кислое вино из земного супермаркета.
Вряд ли Богиня пробовала такое. Надеюсь, ей понравится. По крайней мере, это будет оригинальный подарок.
— Две женщины, которым не повезло в любви, должны общаться за рюмочкой вина, — подмигиваю в пустоту. — Правда, Богиня?
Естественно, мне никто не отвечает, только змейка посылает тревожную волну и вопрос, который я не слышу, но ощущаю:
«Ева, как ты себя чувствуешь?»
— Не волнуйся, я в порядке, — передаю Каю, а потом подхожу к окну и выглядываю на улицу.
Два солнца садятся за горизонт, небо темнеет, и уже проступают первые звёзды. А где-то там, за восточным крылом, за садом, на краю леса меня ждёт Древо Жизни, которое я должна найти.
Снова ложусь на кровать, рассматриваю звёздный потолок и выжидаю время.
Ночь обещает быть долгой и откровенной.
Глава 24
В которой бутылка вина
становится тем самым чеховским ружьём,
которое стреляет в последнем акте
* * *
Едва дожидаюсь, пока стихнут последние шаги в коридоре, и уставшие слуги разойдутся по своим комнатам или же отправятся домой, к своим домоседливым жёнам и детям.
Выждав ещё несколько минут, аккуратно выглядываю за дверь.
Действительно пусто.
Отправляю посыл змейке.
Она осторожно шевелится, подбадривая. Значит, можно идти.
Хватаю со стола бутылку и выскальзываю в коридор.
Пока бегу, стараюсь не наступать на пятки. Оглядываться не приходится — если что, моя боевая подруга о нежеланных встречах предупредит.
Перед лицом то и дело вспыхивает образ Кайрэна — такой, каким я видела его в лаборатории, когда он рассказывал про свои магические открытия.
Он был такой увлечённый, с горящим взглядом, неровной улыбкой и вечно розовеющими ушами, что я сама невольно начинала улыбаться.
Он никогда не узнает, что я приходила к Гарольду.
Уже утром он собирается разорвать нашу связь, но я сделаю это раньше. К моменту проведения своего собственного обряда Зова он будет свободен. А я, возможно, уже буду дома.
Эта мысль должна приносить облегчение, но вместо этого она скребёт и колет где-то между рёбрами, словно болючая заноза.
Без приключений добираюсь до гардеробной и, едва вхожу, звёздное небо над головой освещается плавно разгорающимися магическими светильниками. Они зажигаются один за другим, как по команде, поэтому я быстро и тихо прикрываю дверь. Мне не нужны свидетели ночного рейда.