Уши Кайрэна становятся пунцовыми.
— Это было на втором курсе, Гадариэн. И я всё починил, — бормочет он, а мне становится обидно.
Кай старается для них, придумывает что-то важное и нужное, а они сидят и критикуют. Вот взяли бы и придумали что-нибудь сами, чем разглагольствовать на тему, которую сами же не понимают.
— Риски есть всегда, — вмешиваюсь, просверлив прищуренным взглядом Гадариэна. — Вот вы чем занимаетесь? Какими достижениями в жизни можете похвастать?
— Я? — он удивлённо вскидывает белёсые брови и гордым взглядом обводит собравшихся. — Я придумал закон о запрете смешивания цветочных ароматов — в одном помещении одновременно не могут находиться два разных вида живых цветов, чтобы ароматы оставались чистыми и приносили присутствующим эстетическое удовольствие и хорошее настроение.
Мать моя женщина.
Хочется расхохотаться и одновременно покрутить пальцем у виска.
Я понимаю, что в условиях мирной жизни они тут все расслабились, но это уже напоминает абсурд. Если им нечем заняться, шли бы в пахари или конюхи. А они сидят, штаны протирают и какую-то ерунду выдумывают.
— Вот видите, — сообщаю самым серьёзным тоном, на какой только способна, — вы заботитесь о здоровье эльфов. А Кайрэн заботится о вашем будущем. Скажите, что проще — придумать рассадить цветы по разным горшкам и расставить их в разных комнатах, или создать сложную формулу, которая стабилизирует камень призыва?
Над столом повисает какая-то замогильная тишина.
— Вот то-то же, — припечатываю, обводя всех хмурым взглядом.
А то ишь, напали все на одного. Никому не позволю обижать моего эльфа.
Глава 19
В которой победа Кайрэна
одновременно становится поражением
* * *
— А вы разбираетесь в стабилизаторах? — выдавливает из себя Гадариэн.
— В ваших магических штуках я полный ноль, — отвечаю, усмехнувшись, — но отсутствием ума не страдаю.
Ловлю его скептический взгляд и, резко посерьёзнев, добавляю:
— У нас на Земле женщины не сидят в домах, как затворницы, а получают образование наравне с мужчинами, реализуют себя и часто занимают самые высокие посты, в том числе и в Совете, подобном вашему.
Специально добиваю его последними словами, беру приборы и под ошарашенными взглядами эльфов, которые словно узрели образованный предмет интерьера, спокойно ем.
Ну да, ну да, я помню, что женщины хрупкие, нежные и рождены только для того, чтобы нести в мир красоту и производить на свет маленьких эльфят.
Как же им не повезло со мной.
— И вы тоже занимали высокий пост? — слышу чей-то вопрос.
Ожидаемо.
— Я — нет, — говорю, не отрываясь от чего-то воздушно-вкусного, напоминающего картофельное пюре, но с интересными зелёными вкраплениями, которые мне никак не удаётся распознать. — Моя стезя — спорт. Но училась я шестнадцать лет, начиная с семи. Так что о физике, биологии, математике и ещё некоторых науках кое-какое понятие имею.