Он похож на ремесленника. Или на учёного, который только что вышел из лаборатории и переоделся во что-то приличное исключительно ради гостьи.

Мы проходим мимо окна, и в свете двух солнц замечаю, что его тёмно-каштановые волосы отливают рыжиной. Вчера они были растрёпаны, а сегодня аккуратно расчёсаны и на висках заплетены в две тонкие косы, который уходят назад и соединяются на затылке. Обычная причёска без сложных плетений и золотых шнурков. Но ему почему-то идёт.

Украдкой рассматриваю тёмные, изящно изогнутые брови и мягкие черты лица, нос с небольшой горбинкой, высокие скулы. И губы. Они у Кайрэна не тонкие, как у большинства встреченных мною эльфов, а обычные.

А глаза… ореховые и какие-то… живые, что ли. Так и кажется, что ещё немного, и они заискрятся.

Внезапно Кайрэн поворачивается, и мы встречаемся взглядами.

Он смотрит так тепло, что я едва не спотыкаюсь, ощущая по связи, что он понимает мои чувства. И ему нравится, что я его рассматриваю. Но одновременно он этого боится. Боится, что недостаточно хорош.

Отвожу взгляд, рассматривая очередной гобелен на стене: движущаяся сцена какой-то битвы. Эльфы против кого-то крылатого. Красиво.

А потом осторожно перевожу взгляд на Эллариэна.

Он замечает моё движение и едва заметно улыбается. Но улыбка у него другая, не как у Кайрэна. У темноволосого эльфа она идёт откуда-то изнутри, делая лицо живым, а у Эллариэна это часть образа. Отработанный жест. Впрочем, как и всё остальное.

Кошусь то влево, то вправо. Смотрю на них обоих.

На идеального Эллариэна в идеальной одежде, с идеальной причёской, ровной спиной, безупречной дикцией и чувством превосходства, которое он даже не пытается скрыть.

И на Кайрэна с двумя нелепыми косичками на висках, в простой тунике и вечно виноватым выражением лица.

И понимаю странную вещь.

Эллариэн какой-то весь «слишком». Слишком красивый, слишком правильный, слишком уверенный.

От него веет холодом и чем-то искусственным. Когда он рядом, хочется выпрямить спину, подойти к микрофону и произнести торжественно-официальную речь. А потом бежать от него подальше, как от очередной ожившей дворцовой статуи.

А Кайрэн… он тёплый. С ним хочется спорить, смеяться, закатывать глаза. Он не давит, не требует, не оценивает. Он такой, как есть. Со своими дырами в полах, нелепыми спотыканиями и честным взглядом.

Связь между нами, которую я только что проклинала, внезапно ощущается иначе. Не как вторжение, а как что-то… уютное?

— Ева? — холодный голос Эллариэна вырывает меня из размышлений. — Вы меня слушаете?

А он мне что-то говорил? Пардон, не заметила.