— Здесь очень красиво, — говорю я без всякого сарказма.

Конечно, все эти Залы привлекательны по-своему, но естественную красоту природы никому не переплюнуть.

— Да, — Эллариэн согласно кивает, и как-то по-особенному смотрит на долину. — Я часто прихожу сюда, когда нужно о чём-то серьёзно подумать.

Кошусь на него.

Он стоит, опираясь ладонями о парапет. Ветер играет с его мантией и силится растрепать идеальную причёску, а золотые шнурки поблёскивают в свете заходящих солнц.

Идеальный профиль. Словно на монете.

И всё равно он кажется мне чужеродным. Красивым, идеальным, но… не моим.

Если бы у меня спросили, как я отношусь к Эллариэну, я бы без промедления ответила: как к мраморной статуе. Смотреть хочется, прикасаться — нет.

— И часто вам нужно серьёзно думать? — спрашиваю, отводя от него взгляд и вновь рассматривая потрясающей красоты закат.

— Обычно не часто, но в последние сутки — почти каждую минуту.

— Вы думаете обо мне? — спрашиваю прямо.

Он поворачивается. Смотрит прямо в глаза.

— О вас. О Кайрэне. И о том, что Зов сработал не так, как должен был.

— И к каким выводам вы пришли?

— Ни к каким. Пока.

Эльф замолкает и хмурится, подбирая слова, но быстро возвращает лицу привычное спокойное выражение.

— Вы знаете, я очень давно не испытывал так много сильных эмоций одновременно.

— Отрицательных?

— Не только. Отрицательных, положительных. Самых разных. Гнев, страх, сожаление, радость, надежда… Это очень сложный коктейль.

Он делает шаг ко мне, снова становится очень близко. Настолько, что я чувствую запах его парфюма — что-то древесное, с ноткой морозной свежести.

— Вы необычная, Ева, — говорит он, склоняясь так, что я чувствую на своей щеке его дыхание. — Не такая, как я ожидал.

— А чего вы ожидали? — я тут же ныряю ему под локоть и отхожу на несколько шагов.

В голубых глазах мелькает что-то странное, но Эллариэн больше не преследует. Только оборачивается, прислоняясь к парапету спиной и складывая на груди руки.

— Смирения. Восторга. Любви, — отвечает просто. — А вы то кричите, то угрожаете, то требуете каких-то прав. И ещё… постоянно от меня ускользаете.

— А вам бы хотелось, чтобы я заглядывала в рот и пускала на вас слюни?

— Мне бы хотелось, чтобы вы хоть немного потеплели ко мне.

И неожиданно он впервые за всё время улыбается. По-настоящему.

Улыбка кажется не холодной и отработанной, а, скорее, слегка растерянной. Будто он сам не ожидал, что ему понравится, когда ему постоянно сопротивляются.

— Послушайте, — он снова приближается, но в этот раз не давит и не смотрит с высоты своего роста. Просто становится ближе, потому что так удобнее разговаривать. — Я понимаю, что первое впечатление обо мне было… м-м… не лучшим. Портал, обряд — всё это выглядело как похищение. Но вы мне действительно симпатичны, и я готов ждать.