Нахлынувшее осознание явилось с привкусом шока.
Кажется, я начала заново открывать тонкости подставы моей первой миссии.
– В самом деле? – большие голубые глаза забытого бога распахнулись в удивлении. Глубочайшая растерянность отразилась на почти детском лице.
В душе что–то качнулось.
– Выбираешь ты, а не они, – указала я на разноцветных крох. Сколько таких бестолковых Избранных, как я, наивно попадались на эту удочку? – Ты просто умеешь подбирать подходящий момент, чтобы подсунуть магию.
– Я умею слушать, Дробь, – погладил Лёша, одного из малышей. – И слушаю я магию. Очень внимательно. Она не вся любит показываться людям на глаза. Только взрослый и сформировавшийся дар морально готов прибыть на занятие, где находится десяток будущих Избранных, переполненных желаниями и эмоциями. Если помнишь, я не просил тебя брать черный кокон, я просил помочь мне. Ты могла достать любой из корзины, чтобы освободить место. Но Он захотел оказаться у тебя. И оказался. Он знал, что ты вступишься за него перед Клодом. Выбирают они. Иначе ничего бы не получилось.
– Такая себе из меня вышла защитница. – Прижала я ладонь к груди. Сколько всего пережил Малыш в процессе моих приключений. Я и не задумывалась. – Клод все равно от него избавился.
– Это материи другого уровня, Дробь. Ни ты, ни Клод не способны с ними совладать. Даже Атрос, лишь доверившись интуиции, может уловить отголоски сути.
– А ты можешь?
Он кивнул. Я засомневалась.
– Но ты слабее их. То есть, – поспешила оправдаться, – младше.
Так ведь звучит лучше?
Лёша мягко улыбнулся. Как–то по–домашнему, по–доброму, как бывает только в кругу любящей семьи.
– Как я сказал, я умею слушать.
Хорошо, я немного поторопилась в своих подозрениях относительно злого умысла забытого бога.
– Значит, Лику выбрал божественный дар?
Лёша поднялся с корточек и двинулся к следующей «колыбели».
– Да.
Персиковый кокон внешне ничем не отличался от собратьев.
– Она станет богиней, – тяжело выдохнула я.
Зеркала показывали, как Избранная пройдет путь до своего «долго и счастливо», но оставляли во мраке тайны, что же случится после. Немного боязно представлять юную двадцатилетнюю девушку в амплуа сверхъестественной сущности.
Незрелая, импульсивная.
– Не такой богиней, как Атрос или Клод, – по–своему трактовал мою задумчивость Лёша.
– Такой как ты?
Светловолосый бог тихонько рассмеялся.
– Не хочу показаться гордецом, но если провести аналогию и представить меня на шкале развития человеком, то полученная номером двадцать четыре магия, превратит ее в инфузорию. Примерно такое количество лет эволюции ей потребуется, чтобы добраться хотя бы до моего уровня.