Я заколебалась.
– Ты уверен?
Я предпочитала не приближаться к колыбелям. Дело не только в том, что я боялась случайно уронить и разбить в дребезги маленькую не родившуюся жизнь. Во мне присутствовал некий страх что я могу им навредить одним только присутствием. Хотя Лёша утверждал, что это невозможно, мол, стерильный мир на то и стерильный. Пока коконы с магией не обретут носителя, они в безопасности от внешнего влияния. Я все же держалась на расстоянии. Пусть тысячу раз убеждают, что магия не может чувствовать, думать, испытывать боль и прочее, здесь останусь при своем.
– Я помогу! – Лика отпихнула меня в сторону, и маневром, достойным профессионального игрока в регби, перехватила из рук Лёши кокон.
– Спасибо, номер двадцать четыре, – поблагодарил парень, широко улыбнувшись. – Не люблю класть их на землю, а все гнезда заняты.
– Ой, ты помнишь мой номер? – тут же засмущалась девушка, потупив глазки.
Лёша кивнул на ее грудь.
Ничего криминального. Лика, как и прочие Избранный ходила в стандартной форме. Платье цвета умбры в пол, фартук кофейного цвета, мягкие башмачки и ярко–желтый значок круглого цвета, приколотый к груди, на котором был написан ее номер. Двадцать четыре. На моем значился сто сорок семь дробь два.
– Ах, – рассмеялась девушка. Буду честной, смех ее был вполне приятным, но для моего мигом потухшего настроения, это было как вилкой по дну сковороды. Не в смысле, что звук противный, а в смысле «ты че творишь?!».
– Но я и правда помню все ваши номера и имена.
Лёша поднял один из коконов, оглядел, протер рукавом, оправился к соседнему гнезду. Лика продолжала рассматривать малыша, нежного персикового цвета. Я осторожно приблизилась, заглядывая ей через плечо.
– Он великолепен, – с придыханием произнесла Лика.
– Да, – согласилась я, прижав ладонь к солнечному сплетению. Мой Малыш тревожно заворочался. В последнее время он вел себя неспокойно. – Лёша, мы к тебе по делу.
– Божественная магия, – отозвался он. Погладил один из коконов, потом, стащив светлый камзол, аккуратно прикрыл «колыбельку». Лицо его выражало столько тепла, что становилось ясно, почему на небе Центра отсутствовало солнце. Оно было здесь. – Самая юная и чистая магия, происходящая непосредственно от богов.
– Разве не вся магия от них?
– Это что–то вроде особого гена. Он может спать много поколений подряд и пробудиться в случайном носителе. А может потеряться в процессе. – Пожал плечами Лёша. – Это сложная система. Даже боги не всегда способны спрогнозировать, в ком она проявиться и чем станет.
– О, – я оглядела «колыбельки». Лика продолжала укачивать кокон. – То есть, они все потенциально божественные?