– Где твоя карточка?
Нииму порыв магии оттащил в угол, где она так и сидела, прикрыв глаза. У Виоланты мысли не мелькнуло ее проверить. Одна ее рука все еще была вскинута, чтобы удерживать Шарлотту, а вторая рыскала по мне в поисках ценного приза.
– Где же она? Говори!
Если Виоланте раньше приходилось сражаться, то не долго и не в полную силу. Наверное, она полагала, что небольшой порыв магии и немного боли способны надолго меня задержать.
Я извернулась и пнула кандидатку в живот.
Ничего сверхъестественного. Удар в болевую точку, вышибить дыхание, заломить руки, чтоб не вздумала ими размахивать, и взять. Самые простые приемы обезоруживания мага. И не мага тоже.
Наша неравная стычка закончилась тем, что я повалила Виоланту на пол, взяв в болевой захват.
«Что ж, сойдет и алая карточка. – Успела подумать я, когда кончиков носа и ушей коснулось морозное покалывание.»
Магический пресс больше не сдерживал Шарлотту. Как и ее чувства.
Воздух треснул мириадами острых игл. Застыл в легких холодными осколками. Истлевшими красками выбелил мир.
Одна карточка. Две. Три. Шарлотту не волновало их количество. У нее был свой билет на Восхождение. Она устранила соперницу. Избавилась от обидчицы.
Припав на одно колено, продолжая удерживать Виоланту, и не имея возможности ее отпустить, я проследила, как прихрамывая, но не теряя достоинства, не удостоив взглядом и не оборачиваясь, близняшка добралась до портала. Вспыхнула в ярком свете и исчезла, оставив за собой морозный сумрак и остановившееся время. По крайней мере, для меня, обнаружившей, что не могу пошевелить хоть чем-нибудь, все выглядело именно так.
Магический лед отличался от обычно также, как магический огонь от простого. Поэтому я все еще была жива, могла видеть и дышать. Я не чувствовала холода. Конечности онемели настолько, что я едва их ощущала. Лишь ноющая боль в солнечном сплетении, где Малыш отчаянно сопротивлялся постороннему вмешательству, напоминала, что у меня есть живое тело. Хотя, возможно, дело было в волшебном плаще.
Время текло и мне казалось, что там, за грохотом водопада, который я не могла видеть, урчит смертоносное пламя, оставившее поляну и теперь жадно ласкающее горные породы неприступной скалы.
Небольшой ад из возможных последствий сжал сердце, растревожив Малыша сильнее, и я поспешила отогнать их прочь.
«Не сдаваться. Не терять надежду. Не позволять сущности сомневаться во мне. Раствориться в воздухе только из–за возникшего уныния – величайший провал тайм–менеджмента. Приоритеты такие: бороться до последнего вдоха, страдать – потом (под горячим душем). Я же в двух шагах от победы, а карточка – вот она, почти под рукой.»