И я боролась.
Делала попытки пошевелиться. Взывала к Малышу. Убеждала себя, что не нахожусь в плену. Перебирала техники, которые когда–то использовала, столкнувшись с проклятьем Солярис.
Все впустую.
Корка льда, толщиной с палец, оставалась нерушима. Как и я, продолжавшая перебирать разные тактики. Если у Врага работала такая стратегия, почему бы не сработать у меня?
А потом на пелену безмолвного плена упала подрагивающая тень. Если бы я имела возможность вздрогнуть, то вздрогнула бы при виде изможденной кандидатки. Я не забыла о ней, но не думала, что она вообще способна подняться.
– Дробь. – Ниима трясущимися ладонями оперлась на меня.
Смешенное чувство гордости окутало меня, поднывая неуместными нотками зависти к чужой удаче. Смелости. Упорству. Силе воли.
Ниима выберется. Она прошла. Она, черт побери, заслужила. Только вот зря решила задержаться возле меня. Ей лучше поторопиться. Мало ли как боги захотят подхлестнуть претенденток к завершению испытания.
– Я не знаю, слышишь ли ты меня. –– Слова Ниимы донеслись глухим эхом. – Я только хотела сказать…. – Она сделала перерыв между фразами, будто желая набраться сил. Будто каждое слово требовало за свое использование выжимать вес в сто килограмм. – Я держалась только ради этого. Чтобы сказать, да. – Она тяжело сглотнула. – Ты найди меня, ладно?
Ее глаза горели лихорадочным огнем, тело тряслось и, кажется, начался бред.
Она обернулась и несколько долгих мгновений смотрела на портал. Когда я вновь смогла видеть ее лицо, на нем играла печальная улыбка приговоренного к смерти.
– Потом, когда все закончится. Аллодия. Тумань. – Прошептала она незнакомые названия. – Я тебя, конечно, не вспомню и не узнаю. Таковы правила. Но ты все равно загляни ко мне, хорошо?
Я не понимала, о чем она. Все сказанное звучало бессмыслицей и агонией разума, пока я не обратила внимание на появившееся покалывание в груди. Там, где ладони Ниимы прижимались к толще льда, что–то происходило. Он таял. Обретал иную форму. Ручейком ускользал вниз к обрыву. И чем быстрее порождение чужой магии растворялось от соприкосновения с силой Ниимы, озаренное жарким свечением, тем хуже становился вид рук кандидатки. Черная корочка медленно съедала нежную девичью кожу, отслаиваясь и обращаясь в пепел.
«Остановись!»
Мне казалось, я прокричала это так громко, что зашатались стены, но губы оставались сомкнуты.
«Хватит! Тебе больно! Я вижу, что тебе больно!»
Почему Ниима не понимала таких простых вещей?
«Ты не выдержишь! Сущность оставит твое тело! От него и так уже ничего нет!»