— В таком случае, нужно вызвать службу эвакуации умерших да заняться похоронами. Поручаю это тебе.
Старуха приоткрыла рот от удивления.
— Так ведь на то деньги требуются.
— Ну, возьми. Где они у нас хранятся?
В памяти, пришедшей ко мне вместе с глотком воздуха, никаких подробностей на этот счет не было. А кстати, чья это память?
И предвидя ее следующий вопрос, я сказала:
— Сколько можно мне на полу лежать? Помоги подняться и… — Я осмотрела комнату. — Вон в то кресло меня усади.
Едва я уселась, держась за нещадно болящую грудь, послышался стук копыт на улице, и стих он у нашего дома. По дорожке, шурша, будто она из гравия, кто-то прошел и, войдя в дом, громко позвал:
— Есть кто?
Мужской голос. Я кинула вопросительный взгляд на старуху. Она понимающе кивнула и зашаркала ко входу. Вскоре в комнату вошли два красавца-гусара. Яркая форма, кителя, перекинутые через плечо, тонкие усики над верхней губой. Рослые, статные мужчины.
— Анна Сергеевна, нас уже поставили в известность. Выражаем вам глубочайшие соболезнования.
А? Залюбовавшись на гостей, я не сразу уловила суть разговора. Ах, этот… Мне до него и дела нет. Сломал дурочке жизнь, да еще посмел стрелять в нее. Я бы его тело вообще на помойку выкинула, жаль, нельзя.
Так что я опустила глаза, уронила голову на грудь и залилась слезами. Умеем, практикуем, а тут и случай подходящий подвернулся.
Красавцы в один прыжок оказались у моих ног. Упали на правое колено — какая сцена! сплошное любование! — и наперебой принялись меня утешать.
Из их слов я почерпнула главное: расходы на похороны командир приказать взять на их… где они служат? Полк? Да мне, собственно, и неважно. Главное — расходов и забот мне меньше.
Поревев для порядка пару минут, я потянула руку за любезно протянутым мне платком, да так и застыла в изумлении. Ладонь узкая, белоснежная, совершенно детская. Подарки богов продолжаются? Да как такое возможно? Впрочем, я подумаю об этом позже.
Взяла платок и промокнула глаза.
— Господа, я так несчастна!
Нейтральные фразы. Никакой конкретики. Им пока хватит, а я подумаю, как вести себя в дальнейшем.
— Анна Сергеевна! Остаться с вами?
— Нет, я хочу побыть одна.
Кроме того, мне нужно все хорошенько обдумать.
— Серж запятнал свою честь, стрелявши в вас… Вскоре приедет наш полковой доктор, осмотрит вас… — Слово взял другой гусар. Говорил он заикаясь и, судя по бегающим глазкам, что-то явно пытался скрыть. — Анна Сергеевна, позор упадет на всех нас. А это… лучше бы стреляться.
— Чего вы хотите?
Так они объясняться могут до вечера. А у меня дела намечены.