Луше я приказала определить возницу и лошадей, отмыть и поставить на просушку карету, подготовить самые лучшие покои, протопить их, чтобы выгнать остатки сырости, и затопить баню.
Только после этого я вернулась и обнаружила на столе конверт, адресованный мне и подписанный отцом.
Руки тряслись, а на глаза наворачивались слезы, когда я читала послание:
Горячо любимая дочь!
Я совершил чудовищную ошибку, отвернувшись от тебя, но вырвать из сердца не смог. Кинулся вскоре после твоего ухода разыскивать тебя, но ты бесследно исчезла из Петербурга. А потом захлестнули дела, заботы…
Я виноват перед тобой. Я много думал, вспоминал свою жизнь и пришел к мнению, что каждый из нас имеет право на ошибку. И я не должен был тебя отталкивать. Потому что в твоем поступке есть и часть моей вины.
Прошу, возвращайся. Ты нужна маме и мне.
Оплату труда этих господ я взял на себя. Поверь, они одни из лучших, если не лучшие в Российской империи.
Жду с нетерпением. Папа.
Я подняла глаза на господ адвокатов, они делали вид, что заняты чаем. А мне предстояло ох какое непростое решение. С одной стороны, логичным казалось все бросить и вприпрыжку отправиться домой, осуществить задуманное, выйти наконец на сцену…
А что будет с моими друзьями? Сможет ли Митрофан без моей помощи получить достойное образование и служить империи? А Валаам? Вернется к росписи чаш и будет отдавать свои труды за бесценок хохломским? А как прознают в империи про мальчишку Семёнку, а через него про будни старообрядцев, если я все брошу?
Могу я так поступить?
Еще прошлой осенью — да. А сейчас — нет. Что нас ждет дальше, я пока не решила, но одно я знаю наперед: ждет нас всех дорога в Петербург.
Я бережно сложила письмо и начала с самого начала:
— Эту усадьбу выиграл в карты мой покойный муж, перед тем как застрелился. Оставшись без всякого рода перспектив, я переехала сюда…
Долго и подробно я пересказывала историю своей жизни на новом месте. С любовью в каждом слове отзывалась о старообрядцах. Со смехом поделилась, как настойчиво искала с ними отношений, как учила читать, писать. О том, какой славный Митрофан, и как я хочу, чтобы он продолжил обучение. И прочее, включая поездку в Москву.
— Анна Сергеевна, если все так и есть, как вы рассказали, то боюсь, что вас жестоко обманули.
Матвей Григорьевич и Иннокентий Петрович выслушали меня со всем вниманием. Задали несколько уточняющих вопросов и вынесли заключение.
— Людям иной веры давно разрешено свободно перемещаться по империи и вести торговлю даже в столице. Почему обманули и кто, мы выясним. По возвращении в Петербург подадим соответствующие бумаги, и сюда направят проверяющих. И в Хохлому, и в Нижний. Сдается нам, что в сговоре участвуют многие. По времени наша работа не займет больше недели.