Почему так? Все же прекрасно складывается в моей жизни. Меня приняли обратно в семью. Дома ждут теплые объятия, радостные моменты. А мне волком выть хочется. Может, дело в том, что за все то время моей вновь обретенной жизни семьей мне стали Луша и Лиза, а сейчас предстоит прощание с одним членом семьи. Пройдет время, Лизу закружит жизнь. Вспомнит ли она когда-нибудь, как гостила у меня? Как выступала в Манеже в Москве? Как мы с ней ходили к старообрядцам? Тех же собак?
Я точно никогда не забуду ее щедрую детскую душу, и, как вопреки моей ненависти, она тянулась и смогла-таки пробиться через все преграды и влюбить меня в себя, накрепко привязать. Вот тут я крепко и задумалась о детях. Нет, нельзя повторять ошибки прошлого. Непременно нужно выйти замуж, нарожать троих-четверых детей и отдавать им свою любовь, взрослеть вместе с ними, плакать над их разбитыми коленками и радоваться первым шагам.
Решено. Следующая моя задача, после того как обустрою торговлю староверам, искать себе мужа. Но Лиза… Как с ней-то расстаться?
В Петербург я въезжала совершенно подавленная дорогой и мыслями о предстоящей разлуке. Как и договаривались заранее, мы обозом поехали сразу в родительское гнездо. Дорогу я прекрасно помнила.
Нас встретил все тот же дворецкий, низко поклонился и распахнул широко двери. Вот я и дома. А там закружилось: слезы от встречи с матерью, сестрами и братьями. Плакали они. Я лишь принимала их эмоции и отвечала в свою очередь. Чужие они мне. А вот вокруг неуверенно столпившихся братьев-староверов я ворковала и старалась им все показать, со всеми перезнакомить, просила истопить баню, приготовить лучшие покои, помочь с лошадьми и повозками.
Через час приехал отец. Слегка постаревший за время, что мы не виделись, но все еще могучий и сильный.
Вот при виде его у меня выступили слезы. Все лето мы переписывались и стали ближе друг другу. Я рассказала ему про Лизу, что по приезде буду просить разыскать ее мать. Ничего не поделать, день-два, я думаю, у нас есть.
За ужином завели разговор о планах. Я отказалась от своей части прибыли с торговли братьев. Непорядочно брать с них мзду, если и без того все дороги в империи для них открыты.
— Я предварительно нашел для вас несколько компаньонов. Предупредил, что вы уже на подъезде, и завтра вечером они прибудут к нам на переговоры. Вы как, намерены торг вести сами или сбывать товар партиями? — обратился отец к староверам.
— Сергей Никитич, некогда нам самим торговать. Дома нас ждут. Вот кабы можно было, как Анна в Москве устроила, договор заключить, так мы бы и согласны были, — ответил за всех Карп.