Это уже не совсем тайна – Джеб и Джейми знают правду. В любом случае Иэну я доверяла: он не откроет ее тем, кто желает мне смерти.
– Да. Мелани еще здесь.
Он медленно кивнул:
– Каково вам – тебе и ей?
– Трудно… для нас обеих. Поначалу я отдала бы все на свете, только бы она исчезла. А теперь… привыкла. – Я криво улыбнулась. – Всегда есть с кем поговорить. Мелани приходится гораздо тяжелее: она заперта у меня в голове, как в тюрьме. Но лучше находиться в плену, чем исчезнуть насовсем.
– Я и не знал, что существует выбор.
– Сперва его не было, а потом люди догадались, что происходит, и начали сопротивляться. Наверное, дело в знании: те, кто понимал, что их ждет, боролись, в отличие от тех, кого застали врасплох.
– Значит, если меня схватят?.. – Глаза Иэна свирепо сверкнули.
– Вряд ли ты исчезнешь. Правда, сейчас многое изменилось. Взрослых больше не используют в качестве носителей. От них слишком много проблем. – Я грустно усмехнулась. – Как у меня – я размякла, начала сочувствовать хозяйке тела, сбилась с пути…
Иэн погрузился в размышления, задумчиво глядя то на меня, то на кукурузные стебли, то в пространство.
– И как со мной поступят, если поймают? – наконец спросил он.
– Думаю, все равно проведут внедрение, чтобы получить информацию. Вероятно, в тебя подсадят Искателя. – Иэна передернуло. – Но как носителя использовать не станут. Независимо от того, получат они нужные сведения или нет, тебя… утилизируют.
Слова давались мне с трудом, к горлу подкатила тошнота. Странно – обычно меня воротило от явлений из мира людей, однако раньше я не пыталась взглянуть на вещи глазами носителя: не было необходимости. Если тело функционирует неправильно, от него быстро и безболезненно избавлялись, как от неисправного автомобиля. Какой смысл его хранить? Тело признавалось непригодным не только из-за физических недостатков, но также из-за особенностей психики: пагубные привычки, склонность к насилию, нездоровые желания – такие неизлечимые состояния делают носителя опасным для окружающих. И, естественно, если разум слишком силен, – аномалия, свойственная только этой планете.
Теперь, глядя в глаза Иэна, я отчетливо поняла: нельзя относиться к непокорности духа как к недостатку. Такой подход отвратителен.
– А если схватят тебя? – спросил он.
– Если поймут, кто я… если меня до сих пор ищут… – Я вспомнила об Искательнице и содрогнулась. – Меня извлекут и переместят в нового носителя, молодого и податливого. Будут надеяться, что я вновь стану собой. Возможно, отправят на другую планету, подальше от дурного влияния.