— Твой телефон — это твоя главная проблема, Бритни. Еще один пост про Еву — и я найду способ сделать так, чтобы твоя жизнь в этой академии превратилась в личный ад. Без обид.
Мы молча шли по длинным коридорам главного корпуса, пока не свернули в глухой переход, соединяющий учебную часть и спортивный блок. Здесь не было камер и вечно снующих студентов.
Ева резко остановилась, прислонившись спиной к прохладной стене, и прикрыла глаза. Я видел, как её плечи наконец опустились, а грудь тяжело вздымалась. Напряжение отпускало её.
— Ты сумасшедший, Гринвуд, — тихо сказала она, открывая глаза, в которых сейчас читалась дикая усталость вперемешку с восхищением. — Ты хоть понимаешь, чем рисковал? Она могла лишить тебя стипендии. Вышвырнуть из сборной.
— Она не сделает этого, — я подошел вплотную, блокируя её своим телом от возможного появления случайных прохожих. — Я слишком хорош на льду, Ева. А ты слишком хороша для меня. Я ведь обещал вчера, что не дам тебя уничтожить. Капитан всегда держит слово.
Я протянул руку, желая коснуться её лица, но она мягко перехватила мое запястье. Её пальцы были тонкими, но держали крепко.
— Спасибо, — искренне выдохнула она, и её ледяная маска окончательно растаяла, обнажая ту самую теплую, хрупкую Еву Новак, которую я полюбил защищать. — Но нам всё еще нужно разобраться с Майей. Ты ведь соврал Харрис, у нас нет её официального заявления.
— Я не соврал, — я усмехнулся, накрывая её руку своей ладонью. — Я просто знал, что Майя — честный игрок. В отличие от Бритни. Идем, завершим это дело.
Мы нашли Майю в медицинской части кампуса, где она проходила утренний осмотр. Её нога в гипсе покоилась на специальной подставке, а сама она лениво листала какой-то журнал. Когда мы вошли, она удивленно приподняла брови.
— Капитан? Ева? — Майя отложила журнал в сторону. — Вы какими судьбами? На вас лица нет. Что-то случилось?
— Харрис устраивает разнос из-за слухов в блогах, — прямо, без предисловий сказал я, присаживаясь на край свободной кушетки. — Бритни пытается раздуть историю, будто Ева подстроила твою травму, чтобы занять место и… приблизиться ко мне. Декану нужна бумага, что у тебя нет претензий к Новак.
Майя на секунду нахмурилась, а потом громко, искренне рассмеялась, морщась от боли в поврежденной ноге.
— Да уж, у Бритни фантазия работает получше, чем у голливудских сценаристов. Ева, ты серьезно из-за этого переживала? — она посмотрела на моего хореографа. — Я ведь еще в автобусе сказала, что это моя собственная глупость. Я не докрутила прыжок.