В груди вспыхивает страх.

Тщательно подбирая слова, я тихо произношу:

— Для короля вашего положения ревновать к шуту… не кажется ли вам это немного нелепым, милорд?

Его лицо мрачнеет.

— Сейчас мы и узнаем, насколько это нелепо.

Он поднимает руку и щёлкает пальцами. Слуга тут же доливает ему вина. Затем Алдрик поднимается из-за стола. Высоко поднимает золотой кубок. В зале постепенно стихает шум. Все взгляды обращаются к королю.

— Друзья мои! — громогласно произносит Алдрик. — В эту единственную ночь мы следуем древней традиции. Празднику Лорда Беспорядка. Ночи, когда правит шут. Когда весь двор переворачивается вверх дном. Когда он плюёт на наши обычаи, а мы смеёмся ему в ответ.

По залу прокатываются одобрительные возгласы.

Раздаются аплодисменты.

— И традиция велит, чтобы мой придворный шут занял мой трон.

Алдрик лениво указывает на Принея, который уже заранее расправил плечи, ожидая этого момента.

— Но, по-моему, традиции успели наскучить. И что это за Праздник Лорда Беспорядка, если именно сегодня мы не разрушим все старые порядки?

Меня накрывает ледяной волной дурного предчувствия.

Я судорожно ищу взглядом Рена среди толпы.

— У моей будущей королевы теперь есть собственный шут, — продолжает Алдрик, с показной нежностью глядя на меня, хотя я отчётливо вижу яростную усмешку, искривившую его губы. — Глупец, которому вопреки всем ожиданиям удалось рассмешить её. Глупец, сумевший заставить принцессу Серавин улыбнуться.

Весь двор оборачивается. Сотни лиц. Сотни затуманенных вином глаз. Все они устремляются к Рену, стоящему в глубине зала, в тени факелов, с шутовским колпаком в руках.

На его лице невозможно прочитать ни единой эмоции.

Я перестаю дышать.

Алдрика приводит в ярость то, что Рен смог сделать то, чего не смог он сам. И теперь он хочет заставить его за это заплатить.

Дело вовсе не в том, что Алдрик хочет меня. Он просто не позволит никому другому иметь на меня хоть какое-то право. Ни на мои улыбки. Ни на мой смех. Ни на мою привязанность. Ни на мой разум. Ни на моё тело.

— Подойди, шут! — зовёт Алдрик.

Он смеётся, но черты его лица опасно напряжены.

— Сегодня ночью ты правишь моим двором. Сегодня ночью ты — Лорд Беспорядка.

Зал взрывается ликованием.

Кубки гремят о столы. Сапоги топают по каменному полу. Лорды выкрикивают что-то пьяными голосами. Кто-то толкает Рена вперёд, и он, споткнувшись, делает шаг, прежде чем удержать равновесие.

Он поднимает голову. Наши взгляды встречаются. Лёгкая улыбка, тронувшая его губы, словно пытается меня успокоить. Но сжатый кулак говорит совсем другое. Костяшки пальцев побелели так сильно, что кажется, кожа сейчас лопнет.