В висках начинает глухо ухать пульс. Кровь приливает к глазам, затапливая мышцы ядовитой злостью.

«Какого хуя ты сюда приперлась? Ты совсем тупая, блять? Да меня от одного твоего запаха наизнанку воротит, я рядом с тобой стоять не могу».

Снова глубоко затягиваюсь. Пепел тлеет у фильтра. Выдыхаю дым в сторону.

— Ну давай побеседуем, раз приехала, — мой голос звучит сухо. — Повестку сама задашь? О природе попиздим, или в красках обсудим, как ты под моего друга раздвинула ноги, пока меня в городе не было?

Смотрю на нее в упор. Ирина резко отводит взгляд.

«Ну и хули ты молчишь теперь? Слова закончились?»

Делает ломаный шаг ко мне. Шпильки беспомощно вязнут в песке. На ее глазах блестят слезы.

— Фарид, ну умоляю тебя, хватит! — с надрывом выдыхает она. — Мы же в хлам были убитые! Я клянусь тебе, я даже половину не помню из той ночи! Это была просто тупая, нелепая случайность!

Сжимаю свободную руку в кулак. «Дыши. Просто ровно дыши, Фарид. Держи лицо».

— Да, Ириш, понимаю, — роняю я с усмешкой. — Жизнь — вообще непредсказуемая штука. Шла по коридору, споткнулась, потеряла равновесие… и совершенно случайно насадилась на чужой член. Обычное дело. С кем не бывает.

Она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, часто моргая.

— Да хватит! — срывается она на крик. — Ну переспи ты тоже с кем-нибудь, отомсти, раз тебе так надо! Давай просто всё это забудем, Фарид!

«Забудем, Ира? Что именно мы, блять, забудем? Как ты голыми руками вырвала из меня всю душу, оставив внутри кровавое месиво? Как я ночами сдыхал от желания лезть на бетонные стены? Как не мог сделать и вдоха, чтобы рёбра не ломало от боли? Это забудем? Ну уж нет, нахуй. Такое не забывают».

— А с чего ты взяла, что моя постель пустует, Ира? — роняю я с ледяным спокойствием. — Ты как-то слишком дохуя о себе думаешь. Мир на тебе клином не сошелся.

Вглядываюсь в её лицо. Вижу, как оно искажается, болезненно кривится. Как белки глаз наливаются красным, на дрожащих ресницах собираются слезы, готовые вот-вот сорваться вниз.

«Давай, жми дальше. Дави на жалость, сделай так, чтобы я почувствовал себя еще более конченым ублюдком. Какого хрена ты вообще здесь забыла? Исчезни. Просто испарись, дай мне нормально дышать! Душно, блять, до тошноты, до невыносимости душно».

Сквозь удушливую пелену я слышу звук. Специфический, ритмичный стук копыт и фырканье, которое я узнаю и вычленю из сотен других звуков даже в полной отключке.

«Я что, уже окончательно ебнулся?»

Медленно поворачиваю голову. И замираю. Блять.

Моя Стрелка. Моя личная, сука, неприкасаемая девочка, к которой люди лишний раз подойти не рискуют.