— А кто тебе вообще сказал, что я до этого ездила? — кричит она сквозь ветер.

«Пиздец. Отбитая... Да быть такого не может. Новичок на скаковой лошади, на галопе, да еще и по пересеченке? Не вылететь из седла на первом же повороте, не потерять стремена, поймать ритм… Это либо идиотка с полным отсутствием инстинкта самосохранения, либо… да хер его знает вообще».

Прочищаю горло.

— А если серьезно?

Она снова бесстрашно крутит головой.

— Я, Фарид, в прошлой жизни была суровым горцем! — летит мне в лицо. — Полегла в кровавой резне за честь одной блудливой блондинки. Вот, теперь карму отрабатываю в этом нежном теле! — она нарочито складывает губы уточкой. — Иди сюда, дарагой, дай поцелую...

Блядь, не знаю. Наверное, это напряг последних часов и весь этот накопившийся стресс так сказываются. Шутка вроде откровенно дурная, абсурдная, но чувствую, как грудную клетку буквально разрывает от смеха, который я не могу сдержать.

Чувствую, как Алиса уверенно тянет поводья на себя. Очень грамотно, со знанием дела гасит скорость, плавно переводя разгоряченную Стрелку с бешеного галопа на амплитудную рысь, а следом — на размеренный шаг.

Снова поворачивается. Но теперь не просто вертит головой, а скручивается всем корпусом, плотно скользя лопатками, поясницей и тугими ягодицами по моему животу и паху. Горячее, тягучее трение её гибкого тела бьет по оголенным нервам, перехватывает дыхание.

Пиздец. Невыносимо.

В голове одно дикое желание: спрыгнуть сейчас на землю, сдернуть её следом. Отвернуть кобылу мордой в кусты, сгрести эту наглую девчонку за шею, впечатать лицом в кору ближайшей сосны, спустить с неё облегающие, сводящие с ума штаны и засадить. Сразу на всю длину, грубо, до животного рыка, вбиваясь в неё так жестко, чтобы выбить нахрен всю эту дерзость. Чтобы она скулила подо мной, сжимая кулаки, и стонала, а не шуточки травила.

Алиса медленно скользит взглядом по моему лицу.

— Решила притормозить, — выдает она с невинным видом, хотя в глазах откровенно пляшут черти. — А то ты так ржал, я уж испугалась — ну всё, сейчас точно выпадешь в кусты. А нам же нельзя твое красивое лицо об ветки портить. Как ты потом поцарапанный будешь на всех так многозначительно и тяжело смотреть? Весь шарм насмарку.

Заглядываю в эти невыносимые глаза. Чего ты добиваешься, Алиса? Я же прекрасно помню, как ты смотрела на меня тогда за столом. Приоткрыв губы, забывая дышать — я думал, ты задохнешься.

«Каким же конченым, беспринципным ублюдком я окажусь, если сейчас сорвусь, возьму тебя прямо здесь, на голом животном инстинкте, а потом выяснится, что тебе нужен был не просто секс? Что, если ты ждешь чего-то настоящего, а я пустой, блять, как барабан?».