— Жизненно важная поездка в детский сад? — роняет он спокойно. — Что, манка остывает или медведя плюшевого в заложниках держат?

Выдыхаю и поворачиваюсь к мелкому пассажиру.

— Смотри, кроха. Вот детский сад. Внутрь мы сейчас не пойдем, мы будем в засаде сидеть. Следить.

Спереди раздается короткий смешок Данки и тяжелый, философский вздох Эмина.

— В моей жизни было много всего, — философски басит он. — Но в засаде у детсада я еще не сидел.

Ева непонимающе моргает огромными глазищами:

— А за кем следить?

Подмигиваю:

— За всеми. Будем смотреть, как забирают последних детей, как закрывают двери, как уходят нянечки и воспитатели. Сама увидишь — тут невозможно остаться на ночь. Как бы ты ни сопротивлялась, тебя в любом случае депортируют отцу.

«Потому что лучше один раз увидеть всё своими глазами, чем сто раз выслушивать умные лекции от психолога с её горящими домиками».

И вот мы сидим. Смотрим, как через ворота торопливо выходят родители, утягивая за собой детей. Данка вытягивает свои длинные ноги.

— Ев, ты реально на измене, что все свалят, а тебя тут забудут? — хмыкает она. Ева робко кивает.

— Ой, расслабься. Мой батя вон вообще один раз за мной приехать забыл. Как он выражается — «не рассчитал время». И ничего, тусила на вахте с охранником.

Эмин невозмутимо продолжает смотреть на ворота.

— Дан, ты покрутись с мое, я посмотрю на тебя. Забрал же в итоге? Забрал. Целую и невредимую.

Двери сада начинают закрываться, работники потянулись к выходу. Выхватываю взглядом знакомую фигуру, идущую к калитке.

«Мать моя женщина… С такими выдающимися формами Полинка скоро прямиком в абсолютную весовую категорию перейдет».

Распахиваю дверь и пулей подлетаю к ней.

— Ос, красотка!

Полина расплывается в широченной улыбке и от души хлопает меня по плечу:

— Алиска! Совсем пропала! А мы только вчера со сборов пригнали. По пять тренировок в день, швыряли медболы по шесть килограмм, пахали как проклятые… Просто чистый кайф!

«У меня сейчас свой кайф. Специфический, с тяжелым взглядом».

Улыбаюсь ей в ответ:

— Зови бабулю, дело есть.

Выходит тетя Наташа. Расцветает, увидев меня.

— Алисонька! Какая там тебе срочная помощь понадобилась, говоришь? — спрашивает она тепло.

Киваю в сторону машины.

— Тёть Наташ, выручайте. Там у ребенка фобия, что её тут на ночь забудут. Спасать надо.

Тетя Наташа понимающе улыбается.

— Понятно всё с вами. Что, экскурсию организуем?

И вот вся наша разношерстная бригада шагает по гулким коридорам опустевшего сада. Ева жмется к моей ноге, я ободряюще сжимаю её маленькое плечо. Тетя Наташа наклоняется к ней: