Леон старательно культивировал именно возвышенный образ — и добился успеха. Он даже придумал всевозможные ритуалы, призванные сплотить свой новоявленный кружок. Чего и следовало ожидать от старого мошенника — у него действительно имелся талант, чтобы стать образцовым предводителем культа.
За первые три года его секта вышла на мировую арену, сперва распространившись за пределы столицы, а затем и в другие государства. Но затем случилась странная вещь.
У неё появились конкуренты.
Это были другие вампиры. Менее собранные, дикие твари, которые нападали на крестьян и совершенно не заботились о соблюдении маскарада. Леон, сам растерянным происходящим и ощущавший на себе вопрошающие взгляды подчинённых, придумал оправдание, что это, дескать, другой старинный вампир строит против них свои козни и посылает собственных пешек.
В итоге данная отговорка оказалась даже слишком правдоподобной.
Казалось, таинственные «другие» действительно пытаются испортить им репутацию. Они приходили вечером, врывались в дома и пили кровь матерей, пока отцы и дети в ужасе и отчаянии пытались отлепить огромного бессмертного москита от женщины, которая бледнела прямо на глазах; они были глупыми, неразумными и бесконечно кровожадными.
И вот, пока правительство пыталось представить всё происходящее как страшную болезнь, человеческое бешенство, появилась другая группировка, которая стала называть происходящее тем, чем оно было на самом деле — нападением вампиров. Народные массы больше склонялись к последней версии. Она была не такая страшная. В эту эпоху чумы боялись больше, чем бессмертных кровопийц.
Потом случилось несколько примечательных и горячо обсуждаемых происшествий, когда очередное нападения зубастого монстра вдруг предотвращали люди в длинных белых мантиях, и наконец во всех городах и деревнях стали появляться объявления, в которых так называемый «Орден Света» набирал воинов для борьбы против порождений ночи.
Они рассказывали про ужасную опасность, которую представляют кровопийцы, и о том, как важно бороться против вампирической угрозы.
Ряды ордена стали возрастать в геометрической прогрессии. Молодые люди мечтали проявить себя в священной войне против монстров. Затем Орден, волей случая, спас семью влиятельного дворянина, защитил небольшой город от полномасштабного вторжения и наконец заимел политическое влияние. Его силы росли с невероятной быстрой; его стала поддерживать местная церковь, и к тому моменту, когда правительство опомнилось и догадалось, что необходимо нечто предпринять, было уже слишком поздно.