Несколько секунд Таня, казалось, серьёзно обдумывала моё предложение. Затем нахмурилась:
— Я не ребёнок.
— Знаю.
— И не твоя дочь. Даже если у тебя на это фетиш.
— … Конкретно эту часть моей тирады можно и забыть, — сказал я, уже сам начиная чувствовать себя немного неловко. — Так что?
— Эм… можем просто поговорить, — неловко сказала Таня.
Поговорить… а. Так вот что здесь происходит.
— Поговорить… могу рассказать тебе ещё немного про другие миры, если хочешь.
— Давай, — обрадовалась Таня и немного более удобно устроилась под одеялом.
Я стал припоминать. На самом деле у меня было столько, если так можно выразиться «приключений», что пересказать их за одну беседу было невозможно. Материала было более чем достаточно, даже если исключить те моменты, которые не могли пройти цензуру.
74. пора
Я рассказал Тане про девушку, которую пытались принести в жертву чешуйчатому богу, и который сделал её своим пророком, про Безумного императора, что мечтал заполучить бессмертие, и про великую битву против Белого хлада, который могущественный Золотой дракон (Я) сперва запечатал, а затем уничтожил; я рассказал про заурядного аристократа, который мечтал сделаться пиратом, и в итоге исполнил свою мечту, а между делом вернул трон потерянной принцессе и спас мир от великого потопа; я рассказал про горстку детей немногим старше её собственного возраста, которых заставили сражаться против ужасающих монстров, и которые несмотря ни на что не потеряли себя, выстояли и победили… У меня было ещё много историй: про последнего Архимага или наследницу империи, которой случайная нежить помогла найти упокоение, однако на всё это не было времени.
Пора ложиться спать.
— Может ещё десять минут? — попросил Таня.
— Нет.
— Пятнадцать.
— Нет.
— Хм… Тридцать!
— … Это не так работает.
Я покачал головой и уже было приподнялся, как вдруг меня схватили за руку. Я повернулся и уже собирался сказать Тане, что мне, между прочим, тоже нужно спать, иначе некому будет спасать вселенную, как вдруг заметил её глаза и замолчал.
Таня была напугана.
Почему?
Она чего-то боялась? Но… ах. Нет. Стоп. Это был не испуг. Это была тревога.
За меня.
Я вздохнул, присел на кровать и погладил её мягкие волосы.
— Волнуешься?
— Конечно, — отворачивая взгляд буркнула девочка. — Не каждый день провожаешь человека на битву против вселенского ужаса.
— Если я проиграю, то вселенная будет уничтожена, так что можешь не волноваться. Либо я вернусь, либо ты не заметишь моего отсутствия.
Таня выдавила кислую улыбку:
— Обнадёживает…
И тем не менее довод, видимо, оказался действенным; её тревога немного притупилась.