Добрую неделю я лежал на кушетке и перебирал варианты; наконец я решил использовать Тали. Герцогиня Мансур наследовала не только земли и безмерные богатства, но и нечто намного более важное: деревянное кресло в зале парламента.
До сих пор Тали редко и лишь по особенной нужде навещала его заседания. Поэтому её считали представителем так называемой нейтральной фракции, которая стояла на перепутье между роялистами и «кликой вольного дворянства». Как ни странное, такое «обособленное» положение даровало девушке немалую власть, ибо довольно часто именно её голос становился решающим.
Обе фракции желали заполучить её на свою сторону.
Поэтому королева наверняка согласится, если девушка попросит поговорить в приватной обстановке. Обыкновенно, провернуть такое тайно — а королеве было выгодно, чтобы никто не знал о том, что её фракция стала ещё немного сильнее, — было бы невозможно. Но сейчас, во время праздника, никто не заметит, если её Величество на пару минут выйдет погулять по саду и «случайно» повстречает герцогиню.
На это не обратят внимания даже её собственные слуги и телохранители, присутствие которых было неминуемо на любой другой, даже приватной встрече, если последняя была назначена заранее, а не произошла «спонтанно».
В некотором смысле, я использовал Тали в качестве приманки.
Это было неправильно, конечно, но это был наш единственный вариант.
Сейчас нам оставалось только дождаться королевы. Тали ей намекнёт, что собирается прогуляться в саду, возле старого фонтана; я в это время займу выжидательную позицию. Когда пара останется наедине, я совершу нападение.
Сразу после укуса королева потеряет сознание. После этого праздник подойдёт к своему завершению, а ещё через некоторое время я отправлю её Величество записку, в которой перечислю симптомы её новоявленной «болезни». После этого у неё не будет выбора, кроме как встретиться со мною лично.
План простой, логичный и чертовски опасный.
26. план
Но иначе никак.
Продолжая поглядывать на Тали, я направился в сторону скамеек. Некоторые из них находились на возвышенности, а потому с них открывался прекрасный вид на всю площадку. Я поднялся по ступенькам, сел и стал задумчиво разглядывать собрание в роскошных костюмах и масках. Мужчины носили разноцветное, женщины — только чёрное, однако их наряды, следуя самой современной моде, были украшены драгоценными камнями.
Я находился в одиночестве. Никто не пытался подойти и завязать со мною разговор. Сперва мне показалось это странным, но затем я посмотрел по сторонам и обнаружил, что все скамейки правого ряда были занятны необщительного вида стариками; по всей видимости, если тебе за шестьдесят, ты имеешь полное право сесть в сторонке и недовольно сверлить глазами молодых. Один старик одобрительно кивнул в мою сторону, когда наши глаза пересеклись. Я совершил ответный жест и снова посмотрел на площадку.