Так что…
— Не против, если я погощу у тебя некоторое время?..
— Нет, — просто ответила Аня. — Если это не опасно.
— Опасно? А…
И тут я заметил, что последняя смотрит на Таню, которую я держал у себя на руках.
Опасно… А что если это действительно было опасно? Что если именно я поставил их в смертельную опасность?
Я рассеянно потёр переносицу и вдруг почувствовал тёплую нежность у себя на плече.
Я повернулся, посмотрел на Аню, которая похлопала меня, как бы говоря, что всё в порядке, и невольно выдавил улыбку.
Ладно. Не стоит загоняться. Не знаю, что насчёт вины, однако сейчас мне в любом случае следовало держаться к ним как можно ближе. Ведь без меня Аня и Таня будут совершенно беззащитны перед лицом противника.
Я был источником проблемы и в то же время её единственным решением.
Не говоря уже о том, что Дудка советовала мне «беречь её». И хотя я не мог совершенно доверять этому создания, чисто с логической точки зрения сам факт, что Д. знал про неё и про то, насколько она важна для меня говорил о том, что пытаться уберечь мою сестру и племянницу просто отдалившись от них было бессмысленно.
44. переезд
Пытаться уберечь мою сестру и племянницу просто отдалившись от них было бессмысленно.
Между глазами у них уже алели снайперские точки.
Поэтому мне напротив нужно было держаться к ним как можно ближе, чтобы в любой момент мочь заградить их собственным телом.
Всё это, хотя и довольно обтекаемым образом, я поведал Ане. Нам ещё предстоял настоящий разговор на данную тему, однако его решено было (мной) отложить до более подходящего времени.
После этого мы сели в машину, — благо, последняя никуда не исчезла, — и поехали сперва на заправку, а затем — в город.
Время от времени я поглядывал в салонное зеркальце на Таню, которая лежала на заднем сидении положив голову на колени своей мамы. Лицо девочки всё ещё представляло собой чёрную бездну, однако теперь она была… даже не знаю… Привычной? Мне она казалась просто маской.
Вдруг у меня перед глазами мелькнул образ: ночь, королевская спальня, лежу, положив голову на колени жены, и смотрю в потолок. Его украшает мозаика, совершенно неразличимая среди ночного полумрака.
Я сморгнул.
Иллюзия исчезла.
Спереди расстилалась трасса, с обеих сторон обрамлённая высокими хвойными деревьями.
Я сделал глубокий вдох и крепче схватился за руль.
Когда мы пересекли городскую черту Таня заёрзала, затем приоткрыла глаза и приподнялась.
— Доброе утро, — сказала Аня.
Девочка стала рассеянно смотреть по сторонам.
— Эм… А где…
— Утечка газа, — сказал я механическим голосом.