К этому времени море испещряли только редкие каменистые утёсы. Большая часть суши оставалась под водой.
Повисла тишина.
Все рассеянно смотрели на морской горизонт.
Вдруг раздался крик:
— Сокровище Королей!
Великий алмаз!
Краеугольный камень бытия!
Молим!
Я кричал не просто так, но в рупор, который сделал своим сокровищем сновидения. Мой крик разносился по всей протяжённости утеса, устремляясь в море обыкновенное и человеческое.
На меня стали обращаться растерянные взгляды. Затем люди стали если не догадываться, то чувствовать, что происходит, и вот уже первые бедняки, — а также те, кто неминуемо станет бедняком в случае провала нашего предприятия, — начали падать на колени и молить вместе со мной:
— Сокровище королей!
Великий Алмаз!..
Краеугольный камень бытия!
Молим!
Молим!
Молим!
Ничего не менялось. Море всё ещё раскачивалось, и волны его разбивались об утёсы, но уровень воды не понижался. Некоторые закрыли глаза, не смея смотреть на происходящее, но продолжая повторять молитву, всё громче и громче, так, словно хотели, чтобы их услышали на небесах.
Мы были подобны людям, выброшенным на необитаемый остров, которые завидели корабль далеко на горизонте и начали бегать, прыгать, кричать во всё горло, как не кричали никогда, как не знали, что вообще могут кричать, разрывая свои голосовые связки, и море трепетало, но не более того.
Призрачный корабль удалялся в сторону горизонта, обрекая на многие годы заточения на тщедушном клочке земли.
Некоторые падали на колени.
Другие смотрели в сторону моря как заворожённые и, верно, размышляли, а не прыгнуть ли с утёса?.. Не разбираться, не забыться и покончить навсегда…
…Фух.
Время пришло.
В тот самый момент, когда отчаяние и надежда достигли своего апогея, я вытянул палец и стал медленно вести его перед собой.
Сперва ничего не происходило.
Затем прямо посреди воздуха появилась небольшая трещинка, из которой стал разливаться серый туман…
35. выбор
Несколько секунд назад я разрушил материальную границу этого мира. Изначально, я не хотел этого делать. Это был чрезвычайно рискованный план, ибо хотя я получил неограниченный источник туманности, проблема была в том, чтобы держать её под контролем. Каждая капля тумана неумолимо размывала черту между реальностью и дрёмой.
Требовалась великая сила, чтобы направить её в нужное русло.
Именно для этого мне нужна была вера.
Туман был топливом.
Я — машиной.
Вера — дорогой.
Впрочем, даже на самой широкой трассе оставалась вероятность, что водитель не справится с управлением и свалится… нет, не в канаву. По сторонам этой дороги простиралась кромешная чёрная бездна.