Эстель ещё немного помялась и наконец поддалась на мои увещания и протянула руку.
Я кивнул, выпустил клыки и уже собирался взяться за дело… Как вдруг остановился и покачал головой.
— Нет…
— Нет? — удивилась девушка.
— Мой укус не оставит рану, и всё же некоторое время после него могут быть заметны отпечатки…
52. операция
Мне вспомнилось донесение, в котором говорилось, что многие вампиры выдали себя не потому, что горели на солнце, — всё же данная проблема не проявляла себе, если ты не был особенно голодным (и пользовался кремом от загара), — но потому что во время погрома орден обнаружил красные метки у прислуги.
Да… Если так подумать, когда у нас проверяли документы, стражник бросил внимательный взгляд на наши шеи. Тогда я не стал придавать этому значения, потому что нам, собственно, было нечего бояться, но теперь чуть не попал в просак.
Я посмотрел на Эстель.
Последняя носила осеннее платье. На первый взгляд мы могли ни о чём не беспокоится, но что если стражник решит закатать ей рукава? Нет, нужно было подобрать более укромное место для укуса, такое, на которое не станут смотреть ни при каких обстоятельствах…
Всё это я рассказал Эстель. По завершению моего рассказа девушка была краснее красной ручки. Наконец я попросил её повернуться, помог стянуть платье с верхней половины тела, затем краешек сорочки, и наконец наклонился и надкусил её… плечо.
Эстель вздрогнул, у неё подкосились ноги. Мне пришлось придержать её за талию, и я почувствовал под своими пальцами её трепещущую бархатную плоть.
В этом положении мы находились немногим более минуты, после чего я медленно «отлип».
— С-сколько ещё, господин Леон?.. — промычала девушка.
— Уже всё, — ответила я, вытирая губы шёлковым платком.
— Всё? — удивилась Эстель и распахнула глазки. Она растерянно потрогала метку у себя на плече. Последняя представляла собой две красные точки. Потом девушка развязала свою забинтованную руку и обнаружила, что на месте пореза осталась только красная клякса. Перед укусом она так сильно сжала кулачки, что невольно стала выжимать кровь из своего ранения.
— Было не больно? — спросил я с лёгкой улыбкой, передавая ей платок.
— Нет, — рассеянно пробормотала девушка. Затем повернулась, поклонилась и сказала мне:
— Б-благодарю.
— Ничего. Моя горничная всегда должна находится в абсолютном здравии. И всё же ты потеряла много крови. Сейчас ты не чувствуешь этого из-за токсина, который я пустил в твой кровоток, но вскоре у тебя может начать кружиться голова. Я бы советовал тебе прилечь… так что можешь пока не одеваться.