Хоть и изрядно на нее походили.

— Давным-давно жил-был на свете отважный и сильный воитель… ну, вроде богатыря, — я кое-как выудил из памяти подходящее слово. — И жил он столько, что побывал везде. И везде сражался — во всех странах, на всех островах, даже тех, что никогда не рисовали на картах…

— А как его звали? — спросила Катя.

— Тарон. — Я ответил, не задумываясь — в этой части истории придумывать было нечего. — И был у Тарона волшебный молот, который никто другой не мог поднять. И корабль… ладья, которая летала над облаками. А еще дружина — добры молодцы, один другого выше. И все до одного отважные да веселые…

— Как Жихарь?

— Ну… полагаю, свой Жихарь там имелся, — улыбнулся я. — Дружина-то большая.

— Тогда, получается, твой Тарон был не просто богатырем, а князем. — Катя внимательно прищурилась. — Раз у него дружина.

— Получается, так. — Я не стал спорить. — И долгие Тарон со своей дружиной отправлялся туда, куда велел его отец…

— Тоже князь?

— Нет, не князь точно. Тот покруче будет. — На этот раз мне пришлось слегка задуматься. Впрочем, ненадолго — подходящее слово нашлось без особых усилий. — Всемогущий и бессмертный император! Тарон со своими братьями и сестрами служил ему с самого рождения. До…

— До самой смерти? — снова встряла Катя.

— Да нет же! Не перебивай — а то рассказывать не буду! — пригрозил я. И, выждав суровую паузу, продолжил: — До того дня, как всемогущий отец решил отправиться на своей ладье в те земли, где еще никто и никогда не бывал. И ушел — а Тарона оставил за старшего.

— А дальше? — Катя осторожно высунулась из-под одеяла. — Тарон сам стал императором?

— Нет. В том-то и дело, что императором он как раз и не стал. — Я с протяжным вздохом сполз чуть ниже по кресло и забросил ногу на ногу. — Хотя, конечно, и пыжился.

— А почему?

— Да кто ж его знает, Кать. — Я развел руками. — Просто не получилось. Сил-то у него хватало, а вот ума, наверное, оказалось маловато. Иначе бы давно сообразил, что один из братьев-князей решил тайком предать остальных. И когда тот сбежал с половиной дружины — было уже поздно.

— Сбежал? — Катя заворочалась под одеялом. — И что тогда сделал Тарон?

— Ну, а что ему оставалось делать?.. Собрал своих богатырей, сел на волшебную ладью — и полетел. И догнал брата далеко-далеко в море, на маленьком острове, где тот построил свою крепость… Ну, вроде той, что у нас за Невой — только побольше, — зачем-то уточнил я. — И сражались они три дня и три ночи…

— И кто победил?

На этот раз голос Кати прозвучал совсем тихо и сонно. Видимо, история отважного князя Тарона оказалась не такой уж интересной. И ее определенно стоило поскорее заканчивать — тем более, что и рассказчику она никакого удовольствия не приносила.