Кому-то, в конце концов, нужно было ее кормить, а гридню и уж тем более прислуге негодяйка вполне могла свернуть шею. Или просто врезать магией — от такого не защитила бы даже кованая решетка с толстенными стальными прутьями, которой я заменил одну из хлипких дверей в подземелье.

Раньше в крохотном помещении за залом, где стоял алтарь, располагалась то ли сокровищница, то ли винный погреб, но столетия небогатой жизни опустошили все запасы, что здесь были, оставив только пару-тройку ветхих сундуков и сломанных ящиков. Мы с Жихарем и Соколом вытащили их, принесли из гридницы кровать и оборудовали что-то вроде тюремной камеры.

Так себе каземат — но все же куда надежнее любого другого. Здесь древние камни, решетка, которую я выковал собственноручно из найденных в гараже деталей грузовика, и чары алтаря надежно защищали мою семью от темперамента пленной барышни. А в любом другом месте она наверняка бы уже давно удрала, высадив дверь или проделав дыру прямо в стене. Девчонка еще ни разу не демонстрировала особых талантов в области боевой магии, но они вполне могли и быть — так что рисковать не хотелось.

Когда я шагнул в зал, где впереди на алтаре переливался жив-камень, до моих ушей донеслись звуки. Странные… точнее, просто необычные — я уж точно не ожидал услышать здесь пение. Раньше пленница или сидела молча, или приветствовала меня отборной руганью, от которой краснел даже Сокол. Однако сегодня, видимо, решила развлечь себя иначе и негромко выводила какую-то незамысловатую мелодию. Теперь, когда она не ругалась, голос даже показался приятным. Низким, чуть хрипловатым, но мягким и почти нежным.

Правда, слова с ним с ним не вязались совершенно. До того, как пение стихло, я успел разобрать что-то про Тайгу, свободу, верное ружье и кишки князя, висящие на сосне.

— Продолжай, — усмехнулся я, приближаясь к решетке с плошкой остывшей каши. — Может, хоть так что-то расскажешь.

На мгновение показалось, что темница опустела. И только потом сквозь полумрак проступила сначала едва заметная тень, а потом и силуэт сидящей на койке женщины с горящими глазами. На полноценную невидимость пленнице сил не хватило — рангом не вышла, но маскировка вышла отменная. Наверняка в Тайге я прошел бы в паре шагов, ничего не заметив — но в тесной комнатушке без окон прятаться было негде. Я прищурился, потянулся к Основе, и морок рассеялся.

Теперь передо мной сидела самая обычная девчонка в просторной рубашке и с голыми ногами. Худыми, но крепкими — под гладкой и чуть смуглой кожей просматривалась каждая мышца.