[6] Здесь и далее «Хождение за три моря Афанасия Никитина» цит. по электронной публикации ИРЛИ РАНhttp://lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=5068
[7] Н. Михайлов. Голос хивинских пленных. Нива, 1873, № 30 С. 469
[8] Аждаркан — Астрахань
[9] Идегей. Татарский народный эпос. — Казань, 1990. С. 240
Глава тридцать пятая С неожиданным поворотом сюжета
Рать для добивания Улу-Мухаммеда Москва собрала огромную, поставив в строй едва ли не всех московских князей и бояр. Но командовал ею отнюдь не великий князь — во главе войска были поставлены второй и третий человек в тогдашней московской иерархии — то есть два брата, два Дмитрия — Шемяка и Красный. А с ними — «прочих князей множество, с ними же многочислении полки». Мотивы этого решения вполне прозрачны, резонов для этого кадрового назначения было предостаточно.
Во-первых, Васенька не пятнал себя самоличной расправой с недавним благодетелем. Во-вторых, это традиционнейшая для всех времен и народов «проверка на вшивость» недавних бунтовщиков — и грязным делом недавних противников повязать, и свою власть над ними лишний раз продемонстрировать. Ну, наконец, можно предположить, что после всех проигранных битв Василий Васильевич уже уяснил, что сам он вовсе не великий полководец, вот и решил перепоручить важное дело куда более даровитому брату. Расчет беспроигрышный — и в случае победы Шемяка особых лавров не стяжает — разборка, что ни говори, «с душком»; ну а случится так, что одолеет старый татарин Юрьевичей — весь позор на них ляжет, а Василий чистым останется.
Последнее, впрочем, было совсем маловероятным — слишком уж неравны были силы. Это понимали и русские, и татары. Все источники на редкость единодушны — когда московское войско подошло к Белеву,«царь убоявся, видев многое множество полков русских» и «начат даватися во всю волю князем русским [1]». Те же, напротив,«видевъше своих вои множество, а сих худо недостаточьство [2]», преисполнились уверенности, и решили ударить по Улу-Мухаммеду с ходу. И действительно, воинское счастье было на их стороне — первое сражение закончилось быстрой победой русских:«и бысть им бои силен. И поможе бог христианом, побиша татар много, зятя царева оубиши и князеи много и татар, и в город вогнаша их [3]». Русские же потеряли двух князей, Петра Кузьминского и Семена Волынца, которые попытались в горячке боя ворваться «на плечах» татар в город, но поплатились за свой азарт жизнью.
В принципе, все уже было решено — «малолюдные» татары в своей «худой крепосце» было обречены. Соотношение сил было таково, что какую бы тактику не избрали русские, итог был бы одинаков — горстка воинов Улу-Мухаммеда не могла выдержать ни штурма, ни осады. Единственный плюсик, который можно было поставить татарам в графе «Преимущества» был бы в строчке «вожди». Здесь расклад у русских и татар был несопоставим. Предводительствующий русскими Шемяка (верховенство юного и невоинственного Красного было, конечно же, чисто номинальным), думается, прекрасно понимал ситуацию, и вряд ли возложенная почетная обязанность таскать каштаны братцу Васеньке приводила его в восторг и стимулировала боевой дух. Да и трудно было бы ожидать, чтобы человек костьми ложился за интересы того, кто всего год назад ослепил его брата. Кроме того, Дмитрий-старший был хотя и весьма перспективным, но пока еще очень неопытным полководцем — белевская операция была по сути первой, где ему пришлось самостоятельно командовать большими силами.