[9] ПСРЛ. Т. 37. Л., 1982 г. С. 87.
Глава тридцать восьмая Где автор работает «адвокатом дьявола»
Любой опытный следователь скажет вам, что история с Груздевым из памятного фильма «Место встречи изменить нельзя» — не литературный вымысел, а самое что ни есть житейское дело. Часто, очень часто в ходе расследования случается так, что вроде бы с доказательствами вины все в порядке, все улики указывают на конкретного человека, и мотив у него есть, а копнешь чуть глубже — и человек оказывается невиновным. Именно из-за того, что такие истории случаются слишком часто, люди и придумали профессию адвоката. Человека, чья основная задача вовсе не защищать преступников, как это частенько происходит на практике, а именно что выискивать все нестыковки и сомнения в виновности подсудимого и указывать на них суду.
Но историкам адвокаты по штату не положены, поэтому приходится справляться самим. Исследователь, если это, конечно, добросовестный исследователь, не имеет права забывать принцип «подвергай все сомнению». И едва ты пришел к каким-то выводам, первое, что ты обязан сделать — это проверить их на прочность. Пересесть на другую сторону шахматной доски, и задать самому себе все те неудобные вопросы, которые могут возникнуть у твоих оппонентов. Дело даже не в том, чтобы избежать возможного разгрома и позора, хотя оказываться мальчиком для битья не очень хочется. Главное, что твоя единственная задача — это поиск истины, а в этой бесконечной погоне нельзя не впасть в азарт и не увлечься сверх меры. И подобная «игра против самого себя» очень хорошо остужает горячую голову.
Так что давайте поиграем в адвоката Протасьева. Есть ли в открывшихся нам обстоятельствах дела какие-то неясности, спорные моменты и вопросы, на которые нет ответов?
Есть.
Первая, и главная неясность — почему же все-таки в московских летописях не осталось ни одного упоминания о той роли, которую сыграли воевода Протасьев в Белевских событиях? Почему его вычистили, ведь, казалось бы, московским правителям наоборот, надо было бы рассказывать о его предательстве как можно подробнее. Ведь действия Протасьева не компрометировали, а, напротив, обеляли московских князей — не мы, мол, виновны в белевском позорище, а подлый Иуда Протасьев.
Историки иногда объясняют это тем, что, мол, первейшей задачей промосковских летописцев была компрометация главного княжьего врага Шемяки, а предательство Протасьева в изрядной степени снимало с него вину. С этим можно было бы согласиться, если бы предательство Протасьева было скрытым, готовилось тайно и предводители русского войска не подозревали бы о нем до самого конца. В нашем же случае ситуация совершенно иная, и непонятно — почему бы не поставить в укор Шемяке лишнюю вину — зачем, мол, поверил Иуде, почему не раскрыл замыслы ворога, ты предводитель или кто?