Юрий потерпел сокрушительное поражение — вожделенная власть, которой он добивался так долго, просто растворилась. Утекла водой между пальцами.
В отличие от своего юного соперника старый князь не боялся смотреть правде в лицо и умел держать удар. Поэтому ушел он красиво.
Ушел сам.
Москва не далась князю Юрию, и тот«великого князя Василья на великое государьство призвал, а сам с великого княжения в пяти человецех съехал» . В сопровождении всего лишь пяти всадников старый князь выехал из ворот так и не покорившейся ему столицы — путь его лежал в любимый Звенигород.
Жалкая кучка победителей уступила место побежденным.
И новые победители потекли в Москву рекой. Домой возвращались все недавние московские «эмигранты». Как писал Карамзин, «зрелище было необыкновенное: вся дорога от Коломны до Москвы представлялась улицею многолюдного города, где пешие и конные обгоняли друг друга, стремясь вслед за Государем, какпчелы за маткою , по старому, любимому выражению наших Летописцев».
Победителей всегда много. Это закон.
Глава двадцать четвертая Где начинаются «казаки-разбойники»
В Звенигороде Юрию предстояло ждать посланцев победившего соперника и договариваться о будущем мирном сосуществовании. Такова планида неудачника — терпеть наглые ухмылки победителей и смиренно слушать их условия. Договариваться — каким же образом дозволит племянник-триумфатор дожить свой век оставившему притязания дяде.
Где-то между 25 апреля — 28 сентября 1433 года противоборствующие группировки подписали мирный договор. Сторону победителей представляли все уцелевшие к тому времени князья московского дома: кроме Васеньки, в коалицию входили дядя Константин, два можайских кузена Васеньки — Иван и Михаил Андреевичи и удельный князь Василий Ярославич. Проигравших было только двое — сам Юрий и его младший сын, юный князь Дмитрий Красный, который только-только «вошел в возраст» .
Условия, предложенные победителями, были, впрочем, довольно приемлемыми. Юрий отказывался от претензий на великокняжеский стол и признавал старшинство племянника («имети ми тобя, великого князя, собе братом старейшим» ). Второе важнейшее условие — ничем не помогать бунтующим старшим сыновьям:«…детей ми своих болших, князя Василья да князя Дмитрея, не приимати, и до своего жывота, ни моему сыну меншому, князю Дмитрею, не приимати их» . Ну и традиционное — поддерживать великого князя во всех его военных походах. С одной единственной оговоркой — Юрий выбил себе «нейтралитет» в возможных конфликтах с Литвой, где великим князем сидел его побратим и свояк Свидригайло:«а в Литву ти у меня помочи не имати» .