Да причем тут мой муж! И мы вовсе не об этом договорились. И еще я просила меня так не называть! Но беспокоит меня другое. А если не получится, если наш воришка уйдет безнаказанным? Меня же тогда уволокут за решетку. А Витор может лишится даже законного второго места. Если не хуже. За выход в финал дают пятьдесят тысяч золотых марок. За такие деньги проигравшие участники и их группа поддержки точно не упустят случая обвинить Витора в соучастии и присвоить награду себе.

— Ты же не сбежишь, пока я за тобой не присматриваю? — Витор пытается убрать за ухо мой выбившийся локон. Хлопаю его по ладони.

— Прекрати. Никуда я не побегу.

Куда мне бежать? Могла бы сбежать, меня б давно след простыл.

— Хорошо, — бурчит он, наконец разворачивается и выходит через высокие двери на арену.

Провожаю его взглядом. Следом проталкиваюсь через центральные двери в первый ряд и сразу ищу глазами Маджу Крембрели, чтобы немедленно остановить бой, если он пойдет не по плану. Больше всего боюсь, что не смогу этого сделать.

Стою, чувствую, как от волнения меня начинает колотить. Прячу руки за спиной и крепко сжимаю их в замок. Смотрю то на судейские столы, то на седую гаргулью, то на зрительские места, где сидят Мендельборн с Дереком и живо перешептываются. На три ряда выше замечаю Старшую в окружении подруг с боевого факультета. А неподалеку от судейских столов и ректора сидит видный господин с темно-каштановыми волосами в костюме тройке — догадываюсь, кто это может быть. Прах меня перешиби, если это не отец Витора, на лицо они поразительно похожи. Один — более старшая версия другого. Но возвращаюсь к скамейкам, где устроился профессор, и вижу как чуть в стороне на ряд выше присаживается Маркус Шосенбаум. Что ж, дружная компания в сборе. Не хватает только одного персонажа этой сумасшедшей истории. Но спустя пару минуту замечаю и его. Он проходит и присаживается рядом с профессором. Вот и наш главный воришка ингредиентов со складом академии.

Я все-таки отыскала его. Точнее, мы с Витором его отыскали. Как же мастерски он прятался. Никто не подумал бы на него. А ведь все до смешного очевидно и логично. Вот только придется это доказать. Потому что иначе никто не поверит.

Звучит свисток к началу первого раунда и я перевожу взгляд на арену. Витор и его соперник стоят напротив друг друга. Вдруг делают резкий выпад, но ни один не подбрасывает посохи. По залу прокатывается глухой возглас и тут же обрушивается тишина. Финалисты начинают медленно двигаться вдоль края площадки. Не сводят друг с друга внимательных глаз. Их шаги отточены, выверены, любое упущенное или ошибочное движение может обернуться проигрышем и даже смертью.