Наконец поднимаюсь и оглядываю коридор, куда меня переместили. Понимаю, что оказалась в районе Восточной башни и мне придется сильно постараться, чтобы успеть за полчаса добежать до кабинета картографии, где мне назначили встречу. Но если бы на этом мои приключения заканчивались.
Уже после первого поворота меня настигает возмездие от моих привязанных призраков, точнее, от одного из них. Должно быть, ему удалось сбросить мою прицепку и удрать и он в ответ наслал на меня проклятье. Бегу по коридорам, а картины на стенах и каменные банкетки в нишах норовят разбиться о мою голову или бросаются мне под ноги. Скелеты из обслуги рвутся меня сожрать. Часы целятся стрелками проткнуть глаза. Слетаю вниз по лестнице, выскакиваю во внутренний садик, надеюсь срезать путь — и на меня нападают деревья, острыми ветками цепляют и рвут одежду, режут голую кожу, корни вылезают из земли и подло ставят подножку. Добираюсь до Северной башни изорванная и изгвазданная, словно день провела с коровами в хлеве. Юркаю в туалетную комнату и, стараясь поменьше смотреться в зеркало, переплетаю волосы, избавляюсь от капроновых колготок и чищу одежду, насколько это возможно. Я невозможно опоздала на встречу, но уперто собираюсь добраться до кабинета картографии и убедиться лично, что меня не дождались. Однако даже это у меня фигово выходит. Не успеваю я выскочить из туалетной комнаты, на меня обрушивается Северли и принимается облапывать и осматривать с ног до головы.
— Почему мне все говорят, что тебя отравили? — кричит он на меня.
Смотрю на него с открытым ртом. Да откуда же мне знать? Мне бы со своими проблемами разобраться.
Глава 12 Прорвалась на этот раз
— Как видишь, я жива-здорова. Отпусти уже меня, — пытаюсь я выбраться из-под огромной тени Витора.
Но он ставит руки на стену по сторонам от моей головы и грозно нависает. Сбежать, только если испариться.
— Снова удрать от меня пыталась? — цедит он и сверлит меня взглядом.
В темноте его глаза горят, как факелы. А мне и возразить нечего. На меня посмотреть и любой скажет: я весь вечер рыла лаз под стеной одними руками.
— Я никуда не сбегала. Всего лишь не смогла мирно разойтись с банкетками в Восточной башне, — вынужденно говорю я правду.
Я надеюсь, что Витор наконец уберет руки и позволит мне возвратиться к важной миссии. Но он недоверчиво прищуривается, небрежно касается лохмотьев, оставшихся от рукавов моего изящного, дизайнерского наряда, придирчиво рассматривает их, повторно оглядывает меня с ног до головы и выдает:
— Тебя что, пытаются убить, Катарина? Ты знаешь кто?