Хмурая и расстроенная соседка — маленькая, белобрысая девчушка лет восемнадцати — вываливается в коридор, а я бросаю сумку на постель, плюхаюсь следом и выжидательно смотрю на гостью.
— О чем вы так долго с папочкой щебетали? — спрашивает меня Старшая и улыбается.
Она сменила школьную форму на модное платье из красного атласа и сидит на краюшке табурета, изящно закинув одну ногу на другую и положив руки на колени. Бодро выглядит для той, кто ждет слишком долго. Но мне интереснее, кого она называет моим папочкой. Вопросительно хмурю брови.
— Вся академия считает Мендельборна твоим отцом, ты не знала? — смеется она.
Вряд ли моя мамуля позарилась бы на такое сокровище, но решаю промолчать.
— Ладно, расскажи, как чувствуешь себя в роли невесты, — насмешливо говорит она.
Отвратительно. Надо же было додуматься, тайком наснимать меня в тунике Витора и разнести по всей академии. Как только смелости и ловкости хватило у Марисы и ее подружек. Сидели же на ковре, сопли глотали, чуть ли не ревели. Хотя я догадываюсь, у кого они подцепили эту идею. Но они ошибаются, если думают, что, устроив такую подставу, помогут нам сблизиться. Они скорее добились противоположного эффекта.
Витор теперь на меня и не смотрит. Когда я вечером заносила новые посохи, он демонстративно прошагал из комнаты и с такой силой долбанул дверью, что стены чуть не подпрыгнули. Он зол, как тысячи демонов. И если честно, меня эта ситуация раздражает не меньше, что бы ни говорил профессор.
Однако я не намерена показывать старшей, насколько расстроена. Мое отчаяние ее только порадует.
— Зачем ты пришла? — сухо спрашиваю я.
— Завтра тяжелый день, — говорит она, наконец пряча свою фальшивую улыбку. — Но если сделаешь все правильно, успех гарантирован. А теперь слушай внимательно…
Глава 10 Сильно недостаточно
— Эй, Катарина, — слышу голос сзади и осторожно оборачиваюсь, чтобы не привлечь внимание профессора Идихмана, читающего нам лекцию по основам магической зарядки артефактов. — Завтра вечером в Северной башне у Юлианы Лептон будет вечеринка. Ты приглашена.
Темноволосый, симпатичный паренек подмигивает мне. А я даже не знаю его имени, но это, видимо, неважно. Обращаю внимание, что он не расписывает свою потрясающую вечеринку. Не говорит о ней, как о нечто сверхъестественном и умопомрачительном, не соблазняет меня полтергейстами, играющими на черепах, не рассказывает о приглашенных певцах и верховных некромантах-фокусниках, особых сортах тимидонтуса и прочих редких лакомствах, не обещает чудо заклинаний, наведенных на еду и посуду, которые подарят мне вечную жизнь и богатство, не расписывает, как много гостей уже приглашено или, напротив, как мало их я увижу на вечере, потому что он организован исключительно для избранных. По всей видимости, имя Юлианы Лептон должно само по себе послужить отменной рекламой и я, не задавая вопросов, киваю. Я не знаю, кто эта девушка или женщина, но мне и не нужно. Профессор Мендельборн оказался прав: на часах только двенадцать, а у меня на выходные уже расписаны все вечерам. Причем настолько плотно, что мне не успеть появиться всюду, куда меня пригласили, как бы я ни старалась. Проблема в том, что успеть мне необходимо.