Давление и тяга все усиливаются. Но я вдруг чувствую тоненький энергетический ручеек, который тянется от меня к Витору, и хватаюсь за него, как за спасительную веревку, брошенную мне в зыбучие пески. Сжимаю зубы и ползу по этой тонкому энергетическому переплетению, через силу сопротивляясь притяжению. И вдруг веревка становится толще и крепче. А следом меня энергично дергают за собой и я понимаю, что лечу, все быстрее, становлюсь все легче, свободнее. Кажется, что впереди горит заветная мечта — принадлежать единственно самой себе и отвечать только за саму себя — и я мчусь напрямую к ней. Но вдруг чудовищная сила хватает меня сзади за волосы, настолько резко и неожиданно, что веревка выскакивает из моих рук и меня несет прочь от моей мечты. Все дальше, все быстрее, все напористее — и больше никакой легкости.
Глава 18 Маленькая слабость
Открываю глаза и чувствую, как воздух врывается в грудь. С такой силой, что захожусь кашлем, приподнимаюсь на локте и склоняюсь над полом. И только тогда осознаю, что вернулась, я вновь нахожусь в своем теле, я жива. От радости к горлу подкатывает ком и такое ощущение, что в уголках глаз растут мокрые шарики — с ума сойти, я что, сейчас заплачу? Да не в жизни!
— Идиотина! — слышу грозный рык.
Поднимаю голову и упираюсь глазами в пылающее гневом лицо Витора Северли. Медленно соображаю — похоже, за свое спасение я должна воздать благодарность вот этому субъекту, похожему на метающее молнии грозовое облако, нависающее надо мной. Но говорить спасибо, когда на тебя смотрят с таким выражением, что готовы растерзать — язык не поворачивается.
— Кажется, меня чуть не выкрали, — сухо констатирую факт. — Никогда бы не подумала.
— Кажется? Чуть не выкрали? — пожирает Витор меня взглядом. — Катарина, ты хоть знаешь, как трудно отыскать в местных краях свободный дух сильного некроманта для привязки? Ты думала, почему я отказался, когда ты предложила найти такого? Если бы тебя затащили к себе, то уже не отпустили бы. И никто бы не узнал. Тебе жизнь недорога!
«А самому-то? — клокочет все в груди. — Кто два часа назад рвался на турнир без оружия? Еще отчитывает меня. Тоже мне умник».
— Я не подумала, — хмуро бурчу в ответ.
Мне не хочется вступать с ним в долгую полемику. Но и сбегать тоже не хочется. Мне сейчас жизненно необходима компания, даже неприятная. Стыдно признаться, но мне страшно оставаться одной.
— Я же вернулась, значит, все в порядке. Ты, кстати, победил? — спрашиваю не без интереса.
Одновременно пытаюсь справиться с легким головокружением и тошнотой, которое охватывает меня, едва пробую подняться.