Я приподнимаю бровь.

— То есть мы… поставим кроватку в нашей спальне?

Какого хуя?

А у нас вообще будет хоть какая-нибудь личная жизнь?

Она качает головой.

— Не-а.

Проходит мгновение.

Затем она мягко добавляет: — Ребенок будет спать с нами в комнате. В люльке.

Несколько секунд я смотрю на нее, а потом перевожу взгляд на недостроенную кроватку, словно та меня предала.

Рут смеется, прикрыв рот ладонью.

Я тихо рычу и сажусь на пятки.

— Столько работы — и теперь она будет стоять для красоты.

— Ты еще поблагодаришь меня, когда в три часа ночи придется вставать на кормление, — сладко говорит она.

Я шумно выдыхаю.

— Будем вставать по очереди.

— Ну конечно.

Она подходит ближе и опускается на колени рядом со мной.

Я просто смотрю на нее.

На то, как ладонь инстинктивно ложится на округлившийся живот. Как меняется ее дыхание, когда я наклоняюсь ближе, словно она чувствует меня еще до прикосновения.

Я поднимаю руку и обхватываю ее затылок.

Медленно притягиваю к себе.

На этот раз никакого огня.

Никакого обжигающего до синяков жара или потребности, заточенной горем.

Только тишина.

Мои губы благоговейно касаются ее губ.

Словно она — нечто святое.

А я ее недостоин.

Мягко.

Медленно.

Словно весь мир может подождать.

Когда я наконец отстраняюсь, то прижимаюсь лбом к ее лбу. Мой голос едва слышен, лишь хриплый шепот: — Значит, люлька.

— Я люблю тебя, — шепчет она.

Я целую ее в губы, затем в шею, спускаюсь к животу и снова поднимаюсь выше.

— И я тебя люблю.

ЗОЯ

Мария научила меня обходить трекеры. Никто не умел делать это лучше нее — точная, параноидальная и слегка гениальная.

Она никогда не хвасталась и не подвергала себя опасности. Просто незаметно заботилась о том, чтобы при необходимости суметь исчезнуть.

Только она по-настоящему знала как.

Теперь Рут тоже кое-что умеет, но не все.

Не так, как я.

Я беру телефон и прячу его в полую спину плюшевого медведя, которого держала именно для этой цели. Кладу игрушку под одеяло на кровати. Затем достаю одноразовый телефон, проверяю биометрические модули, встроенные в браслет на запястье, и устанавливаю шарик-приманку на место.

Проверка оружия.

Все готово.

Рафаил может быть чрезмерно заботливым и властным, но он, черт возьми, позаботился о том, чтобы я умела обращаться с оружием.

Они приближаются.

И это будет гребаная бойня.

Ирландцы убьют их.

Всех до единого.

А Рут здесь.

Лука здесь.

И именно сегодня — именно в эту гребаную ночь — Рут попросила меня купить тест на беременность.

У нас недостаточно огневой мощи, чтобы их сдержать. У меня нет времени убеждать братьев.

Но если я смогу рассредоточить ирландцев…