Дом небольшой. Мария и Вадька постарались устроить все так, чтобы Лука всегда находился поблизости. Его маленькая комната расположена рядом с кухней: он мог играть неподалеку, выходить и помогать ей готовить или просто быть рядом.
Все было уютно, продуманно и по-домашнему.
Сестра обожала украшать дом — была одержима оформлением пространства — и сделала его прекрасным. Мягкие белые и бежевые оттенки, чистые линии, приятные фактуры.
А комната Луки? Единственное место, где она позволила расцвести хаосу. Разрешала ему устраивать беспорядок и давать волю воображению.
Я заглядываю внутрь и вижу рисунки на комоде. Розовые пятна. Кривой кувшин. Приклеенные к стенам портреты — небрежные, яркие и полные жизни.
По моей вине у него няня-стерва, и я должна все исправить. Он заслуживает лучшего. Гораздо лучшего.
Я прислушиваюсь, пытаясь понять, где находится Вадька. Возможно, ушел в кабинет или на кухню. Но нет, конечно же, он в спальне. Что, если прямо сейчас смотрит в телефон Марии?
Черт.
Я тихо иду по коридору к его комнате. Каждый звук кажется оглушительным. Сердце бьется в груди, словно предупреждая об опасности. И тут я замечаю тонкую полоску света под дверью кабинета.
Значит, он не в спальне.
Сердце останавливается, а затем начинает колотиться еще сильнее.
Нужно действовать. Сейчас.
Я быстро открываю дверь спальни.
Первым меня окутывает запах. Здесь больше не осталось ни следа сестры. Ни ее духов. Ни крема. Ни присутствия. Только Вадька.
Спокойная тяжесть его одеколона. Чистый аромат геля для душа. Остатки влажного пара после недавнего душа. Даже кровать выглядит иначе.
Темно-синие простыни, синее покрывало — нейтрально и по-мужски. Несколько раз в месяц сюда приходят уборщицы, и, похоже, они внесли небольшие изменения.
Это больше не спальня Вадьки и Марии. Теперь она принадлежит только ему.
Я быстро осматриваюсь. На комоде телефона нет. Перевожу взгляд на прикроватный столик… Вот он.
Маленький черный телефон подключен к зарядному устройству. Он к нему прикасался. Поставил заряжаться.
Черт.
Вероятность, что Вадька увидел сообщение…
Я подбегаю, хватаю телефон, разблокирую экран и удаляю текст.
— Что ты делаешь в моей комнате?
Я кричу.
Телефон выскальзывает из руки и с резким треском ударяется о пол.
Нет.
Я падаю на колени и дрожащими руками смотрю на экран. Через стекло тянется длинная неровная трещина. В горле застревает всхлип.
— Мне так жаль. Я не хотела…
— Все нормально, — низко говорит он. — Это просто трещина. Мы ее починим.
— Я только пыталась…
Мне не хватает воздуха. Слова застревают между стыдом и паникой.