Прошло еще пару минут, и в гостиной появился Карион. На его лице играла странная улыбка. Он провел рукой по своим коротко остриженным волосам и весело, слишком весело сказал:
— Ну что, идем? Думаю, Мирам уже заждался нас.
Я перевела взгляд с него на кота.
— Ты с нами?
Он коротко, почти незаметно кивнул, взмахнув кончиком хвоста.
— Хорошо, — спокойно, без эмоций, ответила я.
И мы вышли во Двор Неба. Буйство красок ударило в глаза, заставив на мгновение замереть. Воздух, обычно наполненный лишь свежестью, сегодня был пьянящим коктейлем из запахов свежесрезанных цветов, сладкой выпечки и дымка ароматических палочек. Разноцветные ленты, шёлковые и переливчатые, вились в воздухе сами по себе, оплетая колонны и фонтаны. Цветы, казалось, расцвели с удесятеренной силой: огромные серебристые соседствовали с огненными соцветиями, а по струям фонтанов карабкались нежные, сияющие изнутри лианы. Всё переливалось, двигалось, дышало предвкушением.
— Красиво, — невольно прошептала я, и это было жалким словом для того зрелища, что развернулось перед нами.
Карион приблизился ко мне, его плечо почти коснулось моего.
— Конечно, ведь послезавтра Праздник Первого полета. Нам нужно обязательно пойти.
Я просто кивнула, не в силах отвести взгляд. Мне и правда страстно захотелось побывать там, раствориться в этой ликующей толпе, забыть о тревогах, хоть на один день. Карион шел немного впереди, прокладывая путь, а я не спеша следовала за ним, жадно впитывая каждую деталь. Двор Неба был похож на гигантский, живой организм, который, готовясь к празднику, пульсировал светом и цветом. Мимо нас, смеясь и визжа, пронеслись дети, их ботиночки звонко стучали по отполированному камню, догоняя друг друга в игре. Их беззаботный смех, эта атмосфера всеобщей радости приятно расслабляла и согревала душу давно забытым теплом.
На моих губах сама собой рождалась улыбка. Я украдкой поглядывала на кота. Он шел рядом, его грациозная фигура выделялась на фоне всеобщей пестроты. И он тоже, казалось, с интересом, даже с любопытством рассматривал округу, словно искал в этом буйстве красок какую-то свою, только ему ведомую тайну.
Мы подошли к небольшому домику, встроенному прямо в углубление скалы. Его стены были укутаны гирляндами из солнечно-жёлтых цветов и огненно-оранжевых лент, а вокруг, словно стражи, высились причудливые папоротники с листьями, напоминающими застывшие зелёные языки пламени.
Карион постучал в резную дверь — негромко, но уверенно, будто знал, что за ней уже ждут. Дверь распахнулась, и на пороге предстал эльф с добродушным лицом, озарённым широкой улыбкой. Он раскинул руки для объятий, но спохватился и вместо этого протянул Кариону руку.