Что?.. Почему?… У меня перехватило дыхание. Я ослабила барьер в сознании, мысленный голос прозвучал растерянно.
— Что происходит? Почему они склоняют головы?
— Похоже, они благодарны, булочка. За то, что остались живы. За ту самую тьму, что их укрыла. Не делай такое испуганное лицо, — его ответ в моей голове прозвучал мягко, почти нежно, но в нём не было ни капли насмешки.
Я пошла вперёд, и толпа расступилась, образуя живой коридор. И сквозь общий гул я начала ловить обрывки шёпота, шипящие, как подземные ручьи:
«Повелительница Тьмы…»
«Это она… это она спасла нас у площадки…»
«Смотри, это же она…»
Их голоса! В них не было ни капли ненависти или пренебрежения. Они звучали благоговейно, с облегчением, с… благодарностью. Это было так ново и неожиданно, что комок подкатил к горлу. Они называют меня Повелительницей тьмы. Не «демоном», не «проклятой». Я шла, чувствуя на себе их взгляды — тяжёлые, полные надежды, от которых становилось и страшно, и… невероятно ответственно.
В голове отчетливо прозвучал голос Торна:— Ну, даёшь. Оказывается, ты у нас Повелительница Тьмы. Звучит солидно.
Я ничего не ответила на его слова. В голове всё это не укладывалось. Сила, которая всегда меня пугала, вдруг стала щитом. Для других. Мне лишь хотелось побыстрее удостовериться, что другие не так сильно пострадали. И больше всего, острее любой физической боли, сейчас нуждалась в Карионе.Вернись. Просто вернись поскорее.
У главного входа стояла группа стражников в доспехах. Один из них, молодой эльф с усталым, запавшим лицом, резко обернулся на мой приближающийся шаг. Его глаза широко распахнулись, в них мелькнуло узнавание, а затем — то же самое, глубинное уважение, что я видела у жителей двора. Он выпрямился по струнке, будто перед командующим.
Я подошла ближе, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо, а не выдавал внутреннюю дрожь:
— Как мне найти правителя Арона?
Стражник, немного нервничая, резко мотнул головой в сторону массивной дубовой двери слева:
— Дверь слева, госпожа. Там лазарет. Правитель там, с ранеными… Вы… вы можете присоединиться к нему. — В его тоне звучало не просто разрешение, а почти что просьба.
Я лишь кивнула в знак благодарности и, собрав всю свою волю в кулак, поспешила к указанной двери. За ней меня ждала боль других, и сейчас это было единственное, что могло отвлечь меня от грызущей, леденящей душу тревоги за Кариона.Помоги им. А потом… потом подумай, как не сойти с ума от ожидания.
Я толкнула тяжелую дубовую дверь, и меня сразу же ударило волной густого, спёртого воздуха. Он был насыщен до тошноты — сладковато-металлический запах свежей и запёкшейся крови смешивался с горьковатым ароматом лечебных трав и дымом тлеющих очищающих благовоний. От этого запаха слезились глаза и кружилась голова.Святой источник… Они все в тяжелом состоянии…