Я пыталась дышать, глубоко, с дрожью, но кошмар впился в память. От него нельзя было отмахнуться. Он был частью меня теперь. Я смотрела на Леаму, и слова вырвались сами.
— Я видела… воспоминание Моргат. И кажется… я знаю, у кого Книга Вечности.
Леама замерла. Ее рука, только что лежавшая на моем плече, повисла в воздухе. Ее огромные глаза стали поистине бездонными от ужаса.
— Вы… знать? — прошептала она, и ее пальцы впились в мое платье, цепляясь за него.
Я кивнула, сглотнув горечь, подступившую к горлу. Картины были ярче любой реальности. Я до сих пор чувствовала на коже тот липкий, горячий воздух.
— Миада. Ее зовут Миада. — Я зажмурилась, пытаясь стереть из памяти это бледное, искаженное безумием лицо и эти черные дыры вместо глаз. — Она… сестра Моргат? И у нее Книга. Она хочет сломать барьер… между мирами. С помощью Моргат.
Леама ахнула и отпрянула, будто я плюнула в нее. Ее крылья затрепетали за спиной с таким сухим, испуганным шелестом.
— Миада… — ее голос был полон благоговейного, леденящего душу страха. — Она безумна. Она не родная сестра, сестрами называть всех ведьм. Она очень опасна.
«Безумная». Это слово идеально подходило к ней. Оно не просто описывало её — оно определяло её суть.
Внезапно резкий, властный стук в дверь заставил нас обеих вздрогнуть и вскрикнуть. Сердце ушло в пятки. Прежде чем я успела вымолвить слово, дверь распахнулась, заполняя проем высокой, могучей фигурой Дорока. Его взгляд был острым, пронзительным, видящим насквозь.
— Я тебя слышал, — произнес он ровно, без предисловий. Его глаза изучали мое бледное, перекошенное страхом лицо. — Говори. Что ты знаешь о Книге?
В его прямолинейности не было жестокости, была лишь ясность. В мире, плывущем у меня под ногами, он был единственной скалой. Пусть холодной и неуютной, но твердой.
Я попыталась откашляться, но голос все равно сорвался, выдавая всю мою растерянность.
— Мне приснилось… нет, не сон. Это было воспоминание. Моргат. Она была у… у Миады. Та сказала, что Книга у нее. И что она хочет сломать барьер… чтобы люди из моего мира… — Меня затрясло. — Чтобы они могли приходить сюда. Она хотела заставить Моргат помочь.
Дорок не двинулся с места, но я увидела, как сжались его челюсти, как напряглись мышцы на скулах. Он медленно, как хищник, вошел в комнату, прикрыв за собой дверь. Пространство сразу стало меньше, напряженнее.
— Миада, — он произнес это имя с такой интонацией, словно знал её давно. — Это меняет все.
— Меняет как? — выдохнула я, почти не надеясь на ответ.
— До этого книга была мифом, пропавшей реликвией. Отыскивать миф — одно. Охотиться на безумную ведьму, которая уже держит в руках артефакт такой силы и замышляет сломать само мироздание… — Он бросил на меня взгляд, в котором не было ничего утешительного. — Это совсем другое. Это может быть смертельно.