— А теперь нарисуйте, кто придет.
Мира посмотрела на меня долго, без выражения, потом опустила уголь к стене. Ее рука дрожала, и я положила свою ладонь рядом, не касаясь, чтобы она видела, что я рядом, но не веду.
За стеной снова ходил Марек. На этот раз он не останавливался у двери, и это было лучше, чем все его слова.
Глава 2 Ключ от кухни
Я сняла с гвоздя медный ключ и положила его в карман. Тяжелый, холодный, с бороздой от чужой руки. На нем больше не было моей школы. Я заперла дверь лечебной снаружи, спрятала связку в карман и пошла по двору к кухне, потому что мне нужно было место, куда можно войти.
У крыльца пахло подгоревшим пирогом и чужой тревогой. Дора стояла у стола, руки в муке, взгляд приклеен к двери. Я положила ключ на край разделочной доски.
— Это от чего?
— От вашей школы, — ответила я. — Больше ничего от нее не осталось.
Она посмотрела на ключ так, будто там лежала дохлая мышь.
— Положи, где взяла, девонька. Не таскай через порог чужие вещи. У нас тут свои порядки.
Я не убрала руку.
— Мне нужна комната. Любая, где есть печь и замок. Я буду работать, не просто спать. Готовлю, лечу, учу детей читать по запаху трав. Мне не нужно жалование. Мне нужно место, где совет не сможет выставить меня утром за дверь как опозоренную.
Дора вытерла руки о передник, подошла ближе, понюхала воздух у моего плеча. Так старые волчицы проверяют, не пахнет ли от чужой крови. Я стояла ровно.
— От тебя пахнет чужим домом, — сказала она. — Это плохо для нашего альфы. У него жена погибла, дети не спят. Он ищет женщину, которая умеет с травами, а не ту, что приходит с улицы с ключом в кармане.
— Я и есть та, что с травами, — сказала я. — Ключ я положила, потому что мне больше некуда его девать.
Дора взяла ключ двумя пальцами, повертела, положила обратно на доску. Потом открыла шкафчик у печи, достала связку поменьше, протянула мне.
— Сторожка при усадьбе, — сказала она. — Маленькая, но с печью и замком. Будешь кормиться с кухни, спать отдельно, к детям не входить без зова. Через две недели приедет одобренная стаей. Если к тому времени не уйдешь сама, уйдешь по решению круга.
Я взяла ключ. Медный, поменьше, холоднее того, школьного.
— А если я уйду сама, — спросила я, — куда?
Она пожала плечами.
— Куда угодно. Только не сюда. У нас не любят, когда чужая приходит с готовым ответом.
Я положила ключ в правый карман, школьный переложила в левый. Они стукнулись друг о друга глухо, как два разных дома. Я вышла на крыльцо.
Ветер с севера тянул запах хвои и холодной золы. У ворот стоял конь альфы, мокрый от пота, с чужой пеной на губах. Значит, Марек Север уже здесь. Я пошла вдоль стены, чтобы не попасться ему под руку сразу. Мне нужно было увидеть дом, понять, где детская, где кухня, где лечебная, прежде чем он меня увидит.