Кажется, секунды длятся вечность. Прежняя Оля – яркая и светлая, отчаянно сопротивляется
нынешней – померкшей и сломанной.
Нынешняя побеждает. Я устремляюсь вслед за сестрой на ватных ногах. Голова кружится, в
виски бьет набатом гулкий пульс.
Уже у выхода, накинув пальто, я в последний раз оборачиваюсь.
Вадим стоит напротив входной двери, сцепив зубы. У него в руках все та же бутылка виски.
— Оль, я тебя верну, обещаю, — глухо произносит он. — У нас все будет хорошо, слышишь?
Ребенок не мой, клянусь…
Я скольжу взглядом по его лицу. По четко очерченным скулам, по губам, что еще вчера
казались такими родными и близкими, а сегодня от них веет ядом предательства.
— Я не вернусь, — отвечаю внезапно.
— Что?..
Взгляды сталкиваются.
В его серых глазах сквозит недоумение.
— Не вернусь, — повторяю уверенно и громко хлопаю тяжелой железной дверью.
Ныряю вслед за Зоей в лифт. Закрываю лицо руками. Плечи трясутся от всхлипов.
— Оль… — Зоя с сочувствием касается моей руки. Пытается подобрать слова. — Ты держись,
слышишь? Сейчас домой поедем. Там мама и папа, они поддержат. А еще у меня бутылка мартини
есть, с Нового Года стоит. Я все никак не могла решить, что с ней делать. Вот и пригодилась.
Кое-как мы дотаскиваем чемоданы до моей «Тойоты». Загружаем их в багажник, а потом садимся
в машину.
— Ты хоть вести машину сможешь? — робко уточняет Зоя.
Я на миг прикрываю глаза. Втягиваю грудью воздух. Руки все еще мелко дрожат. Как же
неожиданно жизнь швырнула меня обратно на самое дно…
— Смогу, — цежу решительно и поворачиваю ключ в зажигании.
… К родителям мы заваливаемся с чемоданами, коробкой пирожных «Буше» и букетом розовых
тюльпанов.
Тоша, английский бульдог, встречает нас громким лаем. Кажется, он живет в этой квартире
вечность. И от того, что у родителей дома все по-прежнему, мне становится немного легче.
— Ой… — мама испуганно выглядывает из кухни. — Оля? Надо же, какой сюрприз! А я только обед
накрывать собиралась. Как чувствовала, что гости будут. Отец, иди сюда! Наши девочки пришли!
Отчим выглядывает из гостиной. Он в черном махровом халате, надетом поверх футболки цвета
хаки и спортивного трико. Приспускает очки.
— Красотки явились? А что же не предупредили? Я вас поздравлять завтра собирался.
— Брось, пап, — отмахивается Зоя. — Ты цены на цветы видел? Не стоит тратиться.
— Обижаешь, дочка. Честь офицера запятнать хочешь? — он хмурится, а потом по очереди целует
нас с Зоей. — Олька, какой букетище! От мужа?.. Так, стоп. А чемоданы чьи? Вы на курорт
собрались?
Я выдыхаю для смелости.
— Нет, пап, — произношу потерянно. — Это от пациентов букет в подарок. А чемоданы мои, я к